Ночью снилось черте что. Уже под утро шея заболела от подушки, набитой соломой, дерюга исцарапала всю кожу. Но я только переворачивался с бока на бок, рассчитывая прихватить лишний часок. Какой там… За окном запел петух. И так пронзительно, что сон мигом слетел с меня.
Я встал, потянулся. К удивлению, чувствовал себя вполне прилично, нигде ничего не болело, не кололо. На всякий случай, решил провериться. Разделся, осмотрел свое новое тело. Среднего роста, поджарый. Пресс кубиками, никаких шрамов или особых примет вроде крупных родинок, бородавок…
По ощущением, лет двадцать, может двадцать пять. Хорошо быть молодым!
Сон здорово помог мне и психологически. Прошлая жизнь не исчезла. Но удалось каким-то образом ее запереть под замок. Точнее выстроить в голове стену и спрятаться за ней. Я знал, что рано или поздно на меня накатит. И тяжелые воспоминания прорвут кладку. Но пока появилась фора. И я ей собирался воспользоваться на все сто.
Одевшись, выглянул в коридор. По запаху нашел туалет с «орлиным гнездом» — обычная дыра в полу. Воды не было — ее видимо, надо было заказывать отдельно. Взяв ключ, быстро обыскал комнату Джесса. В седельных сумках нашел сушеное мясо, мятый и закопченный кофейный чайник. Плюс всякая путевая мелочевка. Из ценного — маленький карманный Кольт с барабаном на 5 патронов. Капсюльный. Зарядить — целый гемор. Порох, пыж, пуля, снова пыж, и после этого — капсюль в казенную часть барабана. К Кольту шла жестяная коробка со всем необходимым. Прикинул — тут где-то на сорок выстрелов, если считать по капсюлям.
Что же… С паршивой овцы — хоть шерсти клок.
Закончив с номером Джесса, уже прилично голодный, вернулся к себе. Тут тоже пришлось устроить обыск — первым делом я осмотрел седельные сумки. Там оказались сухари, крупы, пакет с чаем, кулек с сахаром и полог из плотной материи. Затем открыл небольшой, обитый кожей сундучок. Кожаный плащ с капюшоном, пара кальсон, несколько портянок и рубашек, мыльно-рыльное, включая опасную бритву, пачка перетянутых бечевкой писем. Остро наточенный нож размером с две ладони. Пачка патронов к Кольту. Отдельно лежала выписка из церковно-приходской книги, где удостоверилась личность некоего Итона Уайта, двадцати лет отроду, выходца из городка Холтон, штат Канзас. Описание, которые шло в комплекте — соответствовало тому, что я вчера видел в зеркале салуна.
Интересно, и как мне теперь объяснять шерифу, что я представился чужим именем? Впрочем, об этом я подумаю позже. Захватив конверт, что нашелся на теле Джесса, и зарядив в Кольт Писмейкер Уайта потраченный вчера патрон, я спустился вниз. В «Каньоне греха» было все также пусто, только двое ковбоев пили пиво за крайним столом. А вот за барной стойкой был уже совсем другой персонаж. Лысый, высокий мужчина в старомодных очках и длинных нарукавниках.
— Мистер Уайт! Доброе утро — поздоровался лысый.
Я кивнул, уселся за стойку.
— Мейбл передала мне насчет завтрака, сейчас вам подадут яичницу с беконом. Кофе?
— Не отказался бы — я начал глазеть по сторонам и на меня тут же накатило чувство нереальности происходящего. Эти матерящиеся ковбои, похмеляются уже с раннего утра, мутные, немытые сто лет окна с мухами, запах табака и навоза…
— Корм вашей лошадке я уже задал — лысый поставил на стойку чашку с дымящимся кофе — Хотел уточнить насчет Торнтона. Вы оставляете за собой его номер?
У меня есть лошадь?
— Зачем он мне? — я пожал плечами, выложил ключ Джесса — Все, что в комнате теперь ваше.
— Что же… Думаю, это справедливо.
Бармен подвинул ко мне пепельницу, крикнул в квадратное окно, через которое явно осуществлялась подача блюд — Эй, нигер! Давай яичницу жарь. Мистер Уайт не любит ждать!
Я подтвердил эту нехитрую мысль грозным выражением лица, чем впечатлил лысого. Он засуетился, произнес:
— Ну и наделали вы вчера шума! Весь город судачит о дуэли. Думаю, кое-кто из наших сорвиголов захочет вас после Торнтона проверить на крепость.
Внутри все похолодело, но я удержал покерфейс на лице.
— У вас тут есть еще ганфайтеры?
— Бог с вами! Джексон Хоул спокойное место.
Ага, значит я в каком-то городке под названием Джексон Хоул. Знать бы еще где это…
— И потом, мистер Уайт. Джесс не был ганфайтером. Обычный бандит.
Мне подали яичницу и замечательно пахнущий ржаной хлеб. Наконец-то хоть какой-то позитив — я с удовольствием отломил корочку, посолил ее, окунул в желток. Повозил ее там и положил в рот. Это было чудо как хорошо!
— Энтони! Еще пару пива!
Ковбои за столом добили свои кружки, запросили новые. А я узнал, как зовут моего визави.
Пока Энтони наливал пиво и подавал его за дальний столик, я доел яичницу, еще одной корочкой протер тарелку. Допил кофе. И понял, что пора сходить на прогулку. Надо вживаться в местные реалии.
