Так вот он какой, Джордж Кармак. Тот самый, кто через несколько месяцев найдет золото на Кроличьем ручье и даст начало Клондайкской лихорадке. Я внимательно посмотрел на него. Высокий, немного нескладный, с рыжеватыми волосами и усами, веснушчатым, простоватым лицом и голубыми, чуть пьяными, но добродушными глазами. Ничего героического. Обычный парень, искатель удачи.
— Джордж Кармак, — протянул он мне руку, уже без всякой наглости, с искренним уважением. — А это мои друзья — Роберт Хендерсон и Чарли Доусон.
Хендерсон, тот, что с бородкой, тоже пожал мне руку. Он был пониже Кармака, плотно сбитый, с умными, проницательными глазами. Держался он увереннее, чем Кармак, чувствовался в нем опыт и какая-то внутренняя сила. Чарли Доусон, коренастый, темноволосый, оказался канадцем, как я выяснил позже. Он был немногословен, но улыбался дружелюбно.
— Мое имя вы уже знаете, — я махнул рукой в сторону столика. — А это мои… помощники.
Мне освободили место за барной стойкой, виски полилось рекой. Разговор завязался сам собой. Я больше слушал, стараясь не расспрашивать слишком настойчиво.
— Вы откуда родом, Итон? — спросил Хендерсон, когда первая волна возбуждения после моей стрельбы улеглась. — Не похожи вы на обычного старателя.
— Из Калифорнии, — уклончиво ответил я. — Ищу новые возможности.
— Сёркл-Сити — как раз такое место, — кивнул Кармак. — Здесь, говорят, сам Полярный круг проходит. Потому и назвали — Сёркл, Круг. Основали его наши, американские старатели, в девяносто третьем. Думали, точно на круге стоим. А оказалось, миль на пятьдесят южнее. Обманулись маленько. Но название прижилось.
— А вы давно здесь? — спросил я Хендерсона. Он казался самым опытным из троицы.
— Я на Юконе уже не первый год, — ответил он, поглаживая свою бородку. — В прошлом году мы с парнями мыли золото на реке Стьюарт, это приток Юкона, южнее. Неплохо подняли. А в этом году… — он понизил голос, и его глаза загорелись знакомым мне лихорадочным блеском, — … хотим попробовать на Клондайке и его притоках. Я верю — там главная жила! Индейцы сказывают, золота видимо-невидимо. Надо только найти.
Клондайк… Вот оно. Я почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Легкий озноб пробежал по спине, несмотря на выпитый виски. Это было то самое слово, тот самый знак, которого я ждал. Здесь. Сейчас. Рядом с этими людьми.
Начинается. Кажется, я чувствую, как под ногами начинает гореть земля. Здесь горячо.
Суета Сёркл-Сити оставалась за кормой «Северной Девы». Прощальные гудки нашей шхуны, казалось, еще висели в утреннем воздухе, смешиваясь с криками чаек и далеким стуком топоров — город продолжал расти, расползаться, пожирая окрестный лес. Я стоял на мостике, рядом с Калебом, и провожал взглядом это странное, лихорадочное скопище, которое еще недавно казалось мне чуть ли не столицей Севера. Теперь же, на фоне наших грандиозных планов, оно выглядело временным пристанищем, перевалочным пунктом для таких же, как я, искателей удачи.
— Хорошо, что уходим, Итон, — Калеб выпустил клуб ароматного дыма из своей неизменной трубки. — Не люблю я такие места. Слишком много шума, слишком много жадности. Золото еще толком не нашли, а уже готовы глотки друг другу перегрызть.
Я молча кивнул. Вчерашний день, проведенный в Сёркл-Сити, оставил двойственное чувство. Встреча с Кармаком, Хендерсоном и Доусоном была удачей, спонтанным выстрелом, попавшим точно в цель. Их интерес к Клондайку, их готовность рискнуть — все это было мне на руку. Но сам город… Грязь, пьянство, отчаяние в глазах тех, кому удача не улыбнулась. Нет, такой Клондайк мне был не нужен. Мой будущий Доусон должен стать другим. Чище, организованнее, безопаснее. Хотя, кто знает, как повернется судьба.
Мы уже собирались отдавать команду на полный ход, когда с берега послышались крики. К нашему импровизированному причалу, где еще суетились староверы, готовя свои лодки к буксировке, спешила небольшая группа людей. Я узнал рыжеватую фигуру Кармака, рядом с ним — Хендерсона и Доусона. А впереди, чуть ли не вприпрыжку, бежал высокий, худой индеец в потертой куртке и широкополой шляпе, из-под которой выбивались длинные черные волосы. Он что-то оживленно говорил, размахивая руками. Все четверо тащили на себе мешки, за плечами висели чехлы с ружьями.
— Кажется, ваши вчерашние знакомые, — хмыкнул Финнеган, которому я рассказал про встречу в салуне. — Не передумали ли?
Я велел подождать. Шлюпка с «Девы» уже шла к берегу, чтобы забрать последних староверов. Джордж Кармак со своими спутниками успели как раз вовремя. Через несколько минут они уже поднимались по трапу на палубу.
— Мистер Уайт! Капитан! — Кармак, раскрасневшийся от быстрой ходьбы, широко улыбался. — Едва успели! Мы тут посовещались и решили… В общем, принимайте пассажиров! Готовы заплатить, как договаривались!
— Пассажиров? — я вопросительно посмотрел на индейца, который с любопытством разглядывал нашу шхуну. Он был высок, строен, с орлиным профилем и пронзительными темными глазами. Что-то неуловимо знакомое было в его облике.
