Оливия посмотрела на меня, и в ее глазах появилась сталь. Та самая сталь, которую я видел в глазах Маргарет, когда она боролась за жизнь.
— Мы живем в свободной стране, Итон, — сказала она тихо, но так, что каждое слово ударило меня как хлыст. — И у меня есть нужная сумма. А вот продадут ли мне дом… это мы еще посмотрим.
Она развернулась и, не глядя на меня, пошла по берегу к поселку. Артур и банноки помялись, но пошли за ней. Джозайя наклонился ко мне, тихо произнес:
— Я присмотрю за ней, мистер Итон. Найдем ей жилье, в крайнем доме есть койка на женской половине.
Негр поспешил вслед за девушкой, а я остался один, стоя в снегу, чувствовал, как ярость переполняет меня. Неужели она думает, что может просто приехать сюда и делать все, что хочет?
Стиснув зубы, я резко развернулся и пошел прочь от реки, не глядя, куда иду. Впереди, в поселке, уже горели огни. Салун, строящиеся дома. Мой город. Моя проблема.
Но у меня была другая проблема. Гораздо более масштабная.
Едва я отошел от берега, как меня перехватил один из наемных старателей, Томас Блейк, бывший учитель. Его лицо было бледным.
— Мистер Уайт! — он задыхался. — Опять чечако! У северного мыса…
— Сколько? — рявкнул я, еще не остыв.
— Много лодок! Думаю, под сотню. Они… они совсем плохие! Есть дети.
Совсем беда. Но деваться некуда, надо идти спасать.
Их были сто сорок человек. Мужчины, женщины, семеро детей. Изможденные, с лицами землистого цвета, синюшными губами, обмороженными руками и ногами. Одежда — рваная, грязная, насквозь промокшая. Они еле держались на ногах, падали, поднимались. Не золотоискатели. А призраки. Призраки надежды.
— Они… они шли через перевалы, — прошептал Томас, стоя рядом со мной и глядя на эту толпу. — Пережили шторм на озерах… Многие все потеряли. Имущество… Людей. Видели, как лодки переворачивались… Люди тонули на их глазах. Замерзали на берегу…
Я почувствовал, как холодный пот выступил на лбу, несмотря на промозглую погоду. Катастрофа… Она уже здесь. Еще тысячи таких вот измученных, потерявших все, придут сюда зимой — они ждут за перевалами. И я за них отвечаю.
— Доктор! — крикнул я. — Стерлинга сюда! Быстро! Джозайя! Веди людей в салун! На первый этаж!
Хрен с ним, с игорным залом. Всех денег не заработаешь.
— А вы… — я обратился к староверам, наемным работникам, — … готовьте большой сарай! Вон тот! Под общежитие! Разводите костры! Нужно обогреть людей! Еды! Горячей еды! Быстро!
Город пришел в движение. Староверы, Джозайя, все, кто был свободен, бросились выполнять мои приказы. Мы размещали людей, давали им горячую похлебку, сухую одежду. Доктор Стерлинг, работая не покладая рук, осматривал обмороженных, перевязывал раны. Картина была страшной. И это опять же было только начало.
В разгар всей этой суеты ко мне подошел бывший сержант, Итон Картер. Его лицо было мрачным.
— Мистер Уайт, — сказал он. — Докладываю. Новая напасть. Кажется… банда орудует вокруг прииска.
Новая напасть? Я уже устал от них.
— Банда? Какая банда?
— Убивают и грабят старателей. Найдено два трупа вверх по ручью. Вчера. Забрали все золото. Огнестрельные ранения.
Сердце сжалось. Убийство Гилли не было случайностью. Это система.
— Полиция… Фицджеральд что? — спросил я.
— Сержант и его люди пытались вести розыск, но опять безуспешно. Следов нет. И… эти бандиты, они действуют профессионально. Никаких следов, никаких свидетелей. Надо усиливать охрану наших участков.
Нет… Это временные меры. Тут надо что-то посерьезнее.
— Нужна масштабная облава, — пробормотал я.
— Нужна, — кивнул Картер. — Но людей у сержанта не хватает. А старатели… многие боятся. Или не доверяют полиции.
— Забесплатно боятся. А положу сто долларов участникам облавы — наберется толпа. Собачек моих попробуем задействовать.
— Я займусь этим — кивнул тезка — За деньги желающих найдем.
Добить меня решил уже под вечер.. Билл «Морж» Мортон. За последний месяц он выбился в бригадиры старателей, что работали на моих участках, сдавала золото по итогам дня тоже он.
— Итон! — он подошел ко мне в салуне, осторожно лавируя между телами, лежащих на временных лежанках чечако. — Проблема! Снег уже не тает днем, лег до весны. Выработка упала. Как мыть-то как? Вода замерзает, ручьи встали! Скоро и на реке начнется ледостав.
Проклятье! Зимой промывка затруднена! Старатели… тысячи старателей… что они будут делать, когда река встанет? Сидеть без дела? Они рванут в город проедать привезенные запасы. А те, у кого их нет? Они просто умрут! Тут даже хоронить погибших будет проблема. Как долбить могилы в этой мерзлоте?
— Будем пока отогревать кострами! — решил я. — Разводить большие костры на участках!
— Так можно — почесал в затылке Мортно — Но понадобится отдельная бригада, что будет заготавливать дрова. И хорошо бы утеплить хижины — доски промерзают.
Я задумался над тем, что добыча золота в мерзлоте потребует больше людей. Колодцы для добычи зимой требовали отогрева грунта кострами, а потом выгребания породы. Это работа для десятков человек, для сотен! На каждом участке! А золотоносный слой чем дальше, тем залегал глубже. Копать придется много.
