Annotation
Эллин Стенли
Эллин Стенли
Метод Блессингтона
МЕТОД БЛЕССИНГТОНА
Мистер Тредуэлл, невысокий приятной внешности мужчина, работал в надежной Нью-Йоркской компании, где имел по должности собственный кабинет. Раз под конец чудного июньского дня в этот кабинет вошел посетитель: крупный, хорошо одетый и очень представительный мужчина. Лицо у него было гладкое и румяное, глаза сидели близко и жизнерадостно поблескивали из-под тяжелых очков в роговой оправе.
- Зовут меня, - сказал он, - поставив в сторону тяжелый портфель и с хрустом пожав мистеру Тредуэллу руку, - Банс и представляю я Геронтологическое общество. Я зашел, чтобы уладить ваши затруднения, мистер Тредуэлл.
- Друг мой, - вздохнул Тредуэлл, - поскольку я с вами совсем не знаком и никогда не слышал о профессиональной группе, которую вы, по вашим словам, представляете, а, более всего, не имея затруднений, могущих стать предметом вашей заботы, я вынужден сказать, что не являюсь покупателем на том рынке, где вы предлагаете свой товар. Поэтому сейчас, если вы не возражаете...
- Конечно же, возражаю! - не дал досказать ему Банс. - Общество геронтологии ничего никому не продает. Цели у нас исключительно филантропические. Мы рассматриваем конкретные случаи, составляем отчеты и ищем выходы из тех чрезвычайно трагических ситуаций, которые возникают перед нами.
- Что это за ситуации?
- Суть их очевидна из названия моей организации, мистер Тредуэлл. Геронтология изучает старость и всё, что с ней связано. Не путайте ее, пожалуйста, с гериатрией. Гериатрия занимается болезнями пожилых людей, а предметом геронтологии является старость как таковая.
- Постараюсь сохранить это в памяти, - нетерпеливо сказал Тредуэлл. - Полагаю, вы не будете возражать против небольшого взноса. Скажем, долларов в пять?
- Нет, что вы, мистер Тредуэлл, ни пенса, ни цента! Я понимаю, что такого именно ответа и следует ожидать разным филантропическим организациям, но Геронтологическое общество работает совершенно иначе. Наша цель - прежде всего, помочь вам справиться с вашими затруднениями. Лишь после этого мы будем считать себя вправе обратиться к вам с какой-либо просьбой.
- Отлично, - сказал Тредуэлл чуть приветливей, - значит остается всё, как было. У меня нет никаких затруднений, а вы не получаете никакого взноса. Только, может быть, вы передумаете?
- Передумаю? - произнес Банс с болью в голосе. - Нет, это вы, мистер Тредуэлл, должны передумать. Ведь самые печальные случаи, с которыми нашему обществу приходилось иметь дело, касались как раз людей, отказывавшихся осознать и признать свои затруднения. Я уже несколько месяцев занимаюсь вашим делом, господин Тредуэлл, но никак не думал, что вы окажетесь именно в этой категории.
Тредуэлл глубоко вздохнул:
- Не потрудитесь ли вы объяснить мне, что за вздор вы сказали? Я никогда не имел дела с вашим, черт бы его взял, обществом или организацией, как она там называется, и ни с какой другой!
Бансу пришлось потрудиться над своим портфелем, откуда он извлек несколько листков.
- Если вы потерпите мое присутствие еще немного, - сказал он, - я вкратце изложу вам суть этих отчетов. Вам сорок семь лет, и у вас прекрасное здоровье. Вы владеете домом на Ист Сконсетт в Лонг Айленде, и вам осталось еще девять лет выплачивать по его закладной, а, кроме того, у вас есть автомобиль последней марки, за который вам предстоит расплачиваться по рассрочке еще восемнадцать месяцев. Тем не менее, благодаря очень солидному жалованью, вас можно отнести ко вполне состоятельным людям. Пока всё верно?
- В точности, как в агентстве по кредитованию, которое сообщило вам эти сведения, - ответил Тредуэлл.
Банс предпочел не заметить этой реплики.
- А теперь мы приближаемся к самой сути. Вы счастливо женаты уже двадцать три года, у вас есть дочь, которая вышла замуж в прошлом году и живет со своим мужем в Чикаго.
После ее отъезда к вам переехал ваш тесть, вдовец и довольно ворчливый старикан. Теперь он живет с вами и с вашей женой.
Голос Банса упал до низкой внушительной ноты.
- Ему семьдесят два, а здоровье у него для такого возраста, несмотря на легкий бурсит в плече, превосходное, и собирается он прожить, как сам часто говорит, еще лет двадцать, на что, судя по статистике собранной нашим обществом, у него есть все шансы. Теперь вы поняли, мистер Тредуэлл?
Наступило долгое молчание.
- Да, - ответил, наконец, мистер Тредуэлл почти шепотом, - теперь я понял.
- Хорошо, - сочувственно произнес Банс. - Просто замечательно! Первый шаг всегда самый трудный: признать, что у вас действительно есть затруднения, что они сгрудились над вами тучами, омрачая каждый день жизни. Нет нужды спрашивать, почему вы стараетесь скрыть их даже от самого себя: ведь вы не хотите, чтобы миссис Тредуэлл поняла, как вы несчастливы.
Тредуэлл кивнул.
