– Да, это ее парень, как ты выразился, – усмехнулся Любомир. – Бывший. Вернее, почти бывший. Мне, правда, больше нравится слово любовник. Оно подходящее – любовник Мамонов, – Любомир качнул головой, словно оценивал, как это звучит. – Какова ирония! Фамилия под стать. Красивый змееныш, чем и пользуется. Пару лет назад среди наших студентов нашла себе этого юного хорька. Прости, я не сдержан, сейчас, могу начать говорить некрасиво, – Любомир несколько раз вдохнул и выдохнул.
– В этом году он выпустился из наших родных стен. Два года был ее любовником и злоупотребил всем, чем только можно было. Намучилась она с ним. Милица, не смотря на то, что кажется своенравной, на самом деле очень добрая и благородная женщина. Она если любит, то всем сердцем. Она этого звездного мальчика вознесла до небес, сделала директором дизайнерской фирмы, в которую вложила столько сил и личных средств. Купила ему квартиру, потому что Милочку в общежитии тесно и плохо, машину – потому что Милочек должен везде успевать, потому что учится и работает, а на такси ездить этому принцу непрестижно.
– Что? – потрясенно воскликнул Мефодий.
– Из грязи в князи, Мет. Приехало из какого-то Бобруйска чудо природы, Златовласка-краска с голубыми незамутненными глазками. Естественно, Милица Анатольевна повелась на его внешность. Я говорил ей, что это абсолютно пустой и никчемный Феб Шатопер. Но она в него влюбилась. Одарила всем, чем только смогла. Сейчас, когда появился ты, она начала постепенно прозревать, во что обходится ей этот бог любви. Ах, да, подпиши здесь, – Любомир спохватился и выложил из ящика на стол бумажные документы.
– Неужели он правда согласился купить мою работу? – недоверчиво спросил Мефодий. – Да еще так дорого.
– Это не дорого, он ее успешно перепродаст, его фирма очень раскручена. Просто твое имя не будет стоять в качестве авторства, но это пустяки. Я уверен, что по мере обучения ты будешь выдавать более зрелые и талантливые работы, и платить за них будут другие деньги.
– Любомир Станиславович, – робко позвал его Мет. – Но ведь это все равно незаслуженно?
– Ты себя недооцениваешь, Мет. У тебя получился хороший проект. Я обратил внимание Милована на талантливую работу, потому что у этого цветка жизни интеллект равен сотому проценту его красоты. Милочек ничего не смыслит в дизайне, зато умеет прекрасно руководить, т.е. с умным видом восседать в кабинете и гонять на подаренной машине. Чтобы его фирма не загнулась в результате такого блестящего менеджмента, я иногда выполняю роль консультанта, – Любомир усмехнулся. – Деньги трать смело, они теперь твои, – он похлопал Мефодия по плечу.
– Я отложу их на лечение, – произнес Мет.
– Не надо, на лечение тебе даст Милица Анатольевна. Она сейчас занимается этим вопросом.
Мет покачал головой:
– Нет.
– Почему?
– Это колоссальная сумма. Я не хочу ей быть обязан настолько. Тем более в создавшейся ситуации…
– Она не свои даст. Оплатят соответствующие фонды – и лечение, и реабилитацию, с ее связями это не проблема.
– Без ее хлопот ничего не выйдет, а я не готов ответить ей тем, чего она хочет, – возразил Мефодий.
– Честно скажу, я тебя не понимаю. Ты вытащил козырного туза в игре по имени жизнь, – Любомир передернул плечами. – Посмотри на ситуацию проще. Чего хочет от тебя женщина? Любви и ласки, красивой юности в своих объятиях. Нет никакой проблемы. Мила снимет все твои страхи, раскроет твою страстную натуру. Какое-то время с ней повстречаешься. Если будешь правильно себя вести, не изменять ей, Мила этого не любит, навсегда будешь вхож в круг ее друзей. Будет тебе поддержка, деньги, зелёный свет карьере. Не понимаю я, что тебя сдерживает. Вернее, понимаю, но полагаю, что ты напрасно усложняешь себе жизнь.
– Это для меня неприемлемо, Любомир Станиславович! Она меня старше, я боюсь ее, то, что между нами возможно, вызывает страх и… отторжение. Вы же ее любили, у вас это было взаимно, пусть и с разницей в возрасте.
Любомир посмотрел на Мета так, словно перед ним стоял герой русских народных сказок, не царевич.
– Мет…, – наконец вздохнул он. – Я ее потом полюбил. Сначала все, что ты сейчас испытываешь, было и у меня.
– Но вы сказали, что влюбились в нее, потом она вам призналась, что любит вас, – возразил Мет.
– Так и есть. Просто вначале я боялся своих чувств. Сам подумай! Мне двадцать один, ей сорок. Тогда мне казалось, что между нами пропасть, и все же она меня волновала, притягивала, а я боялся сознаться себе, испытывал только страх. Потом понял, что подсознательно хочу близости с ней.
– Но я не хочу!
– Это и есть тот страх, о котором я говорю! – воскликнул Любомир. – Я как никто другой понимаю твои чувства, – проникновенно продолжил он. – Все еще усугубляется твоим прошлым. Но как долго ты будешь сдерживаться, лишать себя удовольствия, положенного от природы?
– Я правда ее очень боюсь, – шепотом ответил Мет. – Вы же обещали убедить ее, что я ей не нужен!
– Я жду подходящий момент. Пока она одержима тобой, сильно влюбилась. Но я помню о своем обещании.
– Умоляю вас, пожалуйста, убедите ее. Я… не хочу этих отношений.
