И я сдалась. Совершила ошибку. Приняла его условия и перенаправила на склад, а через несколько недель отдала в счет вложения ящики, доверху забитые допами. Деталями для усовершенствования оружия, изготовленными в основном из переработанной обсидиановой пыли – осадка, остающегося после процеживания раствора. Чтобы собрать ту самую пыль, нужно убить серую тварь, забрать с трупа обсидиановые диски, которых редко бывает больше одного-двух, а затем проделать еще с десяток манипуляций, чтобы на выходе получить жалкую щепотку, которая ни на что не годится. Чтобы собрать необходимое количество для изготовления одного самого простого допа, требуется не меньше сотни дисков, а на крутой – в десятки раз больше. Оттого занятие очень энергозатратное и дорогостоящее, но зато самое прибыльное, а специалистов, способных грамотно преобразовать оружие с помощью допов, отрывают с руками и ногами.
Интересно? Не то слово. Опасно? Промолчу, насколько.
И во все это Шон нас втянул. По неосторожности? По глупости? Возможно, у него есть другие объяснения, и я обязательно получу их, скорее всего даже сегодня, а сейчас меня уже тошнит от происходящего. Нужно убраться отсюда как можно дальше, пока желание вернуться, прибить Шона и нахрен свалить из Адемара не возобладало над разумом.
Даже вчерашний отвратительный день уже не выглядит так плохо по сравнению с тем, что ждет впереди. Но я справлюсь. Обязана сделать это. Сбежать, трусливо поджав хвост, – не моя история.
За прошедшие семь лет я пережила столько, что хватило бы на несколько жизней. Тысячи раз нарушила самые разнообразные законы, заключила сотни сделок с оружием, с десяток раз уходила от преследования сотрудников службы безопасности разных городов. В последнюю такую погоню чуть больше двух лет назад группа лишились сразу троих членов команды. Чарли, Лею и Блейка отправили в Бастион. Кроме того, мне не раз приходилось вступать в конфликты с конкурентами, что нередко заканчивались перестрелками. В один из таких дней мы потеряли Мэй, которая стала не только наставницей, научившей всему, что я умею, но и близкой подругой. Эта утрата оказала на меня гораздо большее влияние, чем отречение от семьи.
Жизнь оказалась жестоким учителем, но ее уроки не прошли даром. Больше меня не пугает родительское неодобрение. К черту их непринятие!
С шумом выдыхаю, расправляю плечи и решительно направляюсь прочь от дома брата. Но не успеваю сделать и полсотни шагов, как замечаю знакомое лицо. Второй раз за пару часов. Не похоже на совпадение.
Прохожу мимо Кастора, внимательно наблюдающего за мной, сделав вид, что погружена в мысли и не вижу его. Миную играющих детей, которых стало заметно меньше, и заглядываю в пекарню, где провожу не менее десяти минут. Этого времени должно хватить, чтобы чертов прихвостень отца убрался куда подальше. Но когда я с пакетом маффинов покидаю здание, взгляд безошибочно находит Кастора в конце улицы.
Выходит, он и правда следит за мной. Более того, даже не скрывает этого.
Домой идти нельзя, не хватало привести за собой хвост. Хотя существует большая вероятность того, что он уже знает, где я живу. Черт! Придется переехать, а ведь мне нравится квартира.
Намеренно сворачиваю в сторону от своего дома и бесцельно иду все дальше и дальше. Пару раз оглядываюсь, неизменно замечая преследующего меня Кастора, отчего начинаю злиться с новой силой. Хорошо, что мне не свойственны импульсивные поступки. Рори на моем месте скорее всего пристрелила бы его еще пять кварталов назад. Но я предпочитаю не пользоваться огнестрелом в густонаселенных кварталах, хотя никогда не расстаюсь с верным К-527, который ношу за поясом на пару с ножом, подаренным Мэй чуть больше шести лет назад. Без сомнения, пистолет надежнее, но нож не создает лишнего шума. Поэтому в девяти случаях из десяти я выбираю ближний бой.
В очередной раз убедившись, что Кастор и не думает отстать, сворачиваю в ближайший пустой переулок и решительно поворачиваюсь в ту сторону, откуда только что пришла. Сколько можно в конце концов?
Преследователь показывается ровно через минуту и резко останавливается напротив, встретившись с моим ледяным взглядом.
Даже не думаю доставать оружие, если бы отец приказал убить меня, Кастор давно бы это сделал. Что-то подсказывает, что сейчас не тот случай, когда стоит нападать первой. Ну убью я его, и что? Меня оставят в покое? Сильно сомневаюсь.
– Чего тебе? – спрашиваю резко.
– Мистер Кавана приказал проследить за тем, чтобы ты не сбежала, и вовремя прибыла к ужину, – без промедления признается Кастор.
И у меня нет оснований не верить его словам.
– То есть, ты будешь таскаться за мной весь день?
– Верно.
Пальцы покалывает от желания сжать их в кулаки, а затем наброситься на Кастора и показать все, на что я способна. Вряд ли от этого будет толк. Терпеливо сносить избиение он скорее всего не будет.
Молча направляюсь прочь из переулка. Человек отца сторонится, давая мне дорогу, и я прохожу мимо, ни разу не взглянув на него.
