Имя «Энху» Илья Алексеевич заметил в списке посетителей участка, интересовавшихся сигналетическим портретом. Зачем неграмотной служанке понадобилось знакомиться с этим изображением? Ардов воспользовался методом «римской комнаты» и попытался вспомнить все моменты, в которых успел столкнуться с бессоновской прислугой. Впервые он увидел ее в приемной господина психолога, когда невольно оказался причиной гнева Алины. Испытывая в тот момент крайнюю степень волнения, Илья Алексеевич не обратил никакого внимания на неприметную горничную в темной одежде, желавшую протереть зеркало. И только вернувшись на это место в воспоминаниях, Ардов получил возможность детально, с необходимыми остановками и повторами, рассмотреть каждый момент сцены. Обнаружилось, что он почти сразу потерял Энху из виду, потому что вынужден был разворачиваться вслед за распалившейся Алиной, и долго не мог обнаружить ничего подозрительного, пока не приметил, что в последний момент отражение служанки, выходившей из комнаты, попало в зеркало. Приглядевшись, Илья Алексеевич рассмотрел в этом отражении… шляпку! Да-да, в руках у служанки можно было заметить ту самую шляпку, которую за несколько минут до этого Алина примеряла у зеркала и оставила там, отвлекшись на вошедшего Ардова.
Конечно, открывшееся обстоятельство вынудило сыскного агента с усиленным вниманием проверить и другие воспоминания, связанные с убийствами. Шаг за шагом проводя в своей памяти дополнительные осмотры мест преступления, Илья Алексеевич невольно вздрогнул, когда вдруг в момент появления Мармонтова-Пекарского в шляпном салоне он случайно бросил взгляд на витрину и на какое-то мгновение заметил на улице за стеклом как будто ту же Энху! Утверждать со всей определенностью было затруднительно, поскольку под носом у этого человека имелись усики, а на голове — черный котелок. Но Илья Алексеевич готов был побиться об заклад, что за несколько минут до убийства биржевого маклера он видел на улице служанку Бессоновых с измененной внешностью.
Жарков едва не сшиб лестницу с фонарщиком, подбегая к дому Бессоновых.
— Извини, братец! — только и выдохнул он, не желая терять ни секунды, и устремился к двери, возле которой дежурил поставленный Свинцовым городовой Пампушко.
— Скажите, Энху, а почему вы таскаете эти башмаки? — поинтересовался Ардов, опустившись на колено и рассматривая обувь на ногах служанки, едва заметную под длинным халатом. — Ведь они велики вам.
— Хозяин дал, — хмуро ответила она.
— Это что-то немыслимое! — вскочил фон Штайндлер. — Евсей Макарыч, прикажете арестовать?
Ардов обернулся к Бессонову.
— Я все расскажу! — умоляюще произнес доктор. — Это страшный человек.
Вдруг дверь распахнулась, и в кабинет ввалился запыхавшийся Жарков.
— Илья Алексеевич, вот результаты дактилоскопии! — взмахнул он бумажкой. — Барышня…не виновна!
Послышался какой-то странный звук. Воспользовавшись тем, что Петр Павлович отвлек внимание присутствующих, Энху с шипением бросилась на своего хозяина. Илья Алексеевич попытался было ее удержать, но в его руках остался лишь черный халат. Сама же преступница предстала в мужском костюме, а в ее руках блеснула шляпная булавка. Желая избежать расправы, Бессонов бросился за колонну, и когда Энху уже настигла его и занесла руку для удара, между убийцей и жертвой возникла Алина. Девушка успела выставить руку вперед, желая уберечь отца. Все произошло так быстро, что никто не смог ничего толком понять. Отбросив халат, Ардов устремился к Энху, но та, разбив собою окно, вылетела на улицу. Было видно, как ей наперерез бросился городовой Пампушко, но миниатюрная разбойница умудрилась нанести ему несколько отточенных ударов в шею и грудь, от которых здоровяк рухнул на колени и принялся судорожно глотать ртом воздух. Алина упала на руки отцу. Присутствующие бросились к несчастной.
— Приказываю задержать! — опомнившись, заорал Троекрутов.
— Всем оставаться на местах! — подключился к командованию фон Штайндлер.
Облаухов принялся дуть в свисток, Мальцев и Африканов бросились в погоню. Ардов склонился над Алиной. В районе ключицы у нее виднелась перламутровая горошина.
Утром следующего дня Ардов занес булавки мадам Дефонтель. Та несказанно обрадовалась, но, узнав, что каждая из них стала причиной смерти, едва не хлопнулась в обморок. Ее помощница Василиса не сразу поняла, о какой служанке идет речь, и только после подробного описания припомнила, что Бессоновых в тот день действительно сопровождала неприметная особа в черном одеянии, которая оставалась у входа. Как и в какой момент ей удалось прошмыгнуть к зеркалу и стащить булавки, так и осталось загадкой.
