Далее следовала целая галерея образов, чем-то напоминающих карты Таро или страницы средневековой книги. Среди них можно было найти заботливых ангелов, отважных рыцарей, красивых принцесс, добрых фей, волшебников и ведьм, гномов, русалок, великанов и великанш, странствующих актеров, цыганок-предсказательниц и колченогих пиратов. Особняком шла череда невероятных существ, напоминающих людей, — у одних были огромные, свисающие до самой земли уши; другие имели одну ногу с гигантской ступней, растущую из середины туловища; у третьих отсутствовали головы, а их лица располагались на крепких торсах; четвертым, подобно циклопам, художник нарисовал на лбу единственный глаз; ну, а у пятых подбородок вытягивался вперед длинным полумесяцем. Кроме всего этого великого множества персонажей в тетради был собран свой бестиарий, где единороги на спинах несли обезьян и павлинов с распущенными хвостами, где драконы играли в шахматы с медведями и львами, где слоны, олени и жирафы завороженно смотрели, как танцуют птица додо и фламинго. Это были великолепные рисунки человека, который, без сомнения, был наделен большим талантом.
Каждый рисунок сопровождался небольшим описанием, характеризующим героя, но текста было очень мало. Мелкими фрагментами он рассыпался по всей тетради. Его островки или, вернее сказать, стайки состояли из таких мелких букв, что читать их оказалось почти невозможно. К тому же карандаш местами сильно выцвел — словно эти тайнописные знаки, не предназначенные для посторонних глаз, были запрограммированы на самоуничтожение. Тут меня внезапно осенило, что передо мной та самая пропавшая тетрадь бывшего начальника методотдела. Странное совпадение, теперь я уже тоже стал бывшим.
Сложно передать чувства, вызванные этой находкой. Вот она — награда и подтверждение правильности моего дела. Как удивительно я совпал с ней по духу, как замечательно, что я продолжил начатое. Да, мой предшественник не успел воплотить намеченное, но зато это сделал я — и за него, и за себя.
Забрав тетрадь с собой, потому что, как известно, русские своих не бросают, я оставил свое заявление на столе и покинул кабинет.
Скоро должен был начаться фестиваль. Чиполлиновцы в костюмах фруктов и овощей стали появляться в холле первого этажа. Во Дворце катастрофически не хватало гримерок, и потому дети, переодевшись в свои наряды, были вынуждены слоняться по его коридорам и во что-нибудь играть. Младшие — в прятки и догонялки, дети постарше — в мафию или чаще всего в игру «Кто я?», наклеив себе на лоб клочки бумаги.
Я рассматривал выставленные на мольбертах афиши представлений.
Позабавил Нептун, глаза которого сильно косили в разные стороны, а борода переходила в ту часть туловища, где начинался хвост. Это выглядело так, будто морской царь только что заправил бороду в трусы и еще не успел полностью вынуть оттуда руку, чтобы кое-что там себе почесать. Я все никак не мог понять, какое произведение Родари может представлять этот плакат.
Больше всего мне понравилась афиша к одному из спектаклей по «Сказкам по телефону». В центре плаката был помещен дворец, похожий на наш, но только из мороженого. Его стены были из пломбира, а крыша — из шоколадной глазури. К нему навстречу с раскинутыми в разные стороны руками бежал рассеянный мальчик. Он бежал и терял части своего тела: ухо, палец, ногу… За ним стояла пожилая сеньора с блокнотом и карандашом из рассказа про женщину, считавшую, кто сколько раз чихнет. По рисунку складывалось впечатление, что на этот раз она считает потерянные части тела сорванца. А на самом верху афиши, в нарисованном небе, завис странный сеньор в шезлонге вместе с пляжным зонтом. Он держал перед собой раскрытую газету, но не читал ее, а смотрел на происходящее внизу и мило улыбался. Это афиша была какой-то особенно нежной. Она вдруг напомнила мне собственное счастливое детство, ту беспечность, что питала мои летние дни, полные приключений и озорства.
Мимо пронеслась Фируза, она искала мальчика по имени Денис. Вручила мне оценочные листы и побежала дальше. Я хотел было поделиться с ней впечатлениями от понравившейся афиши, но тут во всем Дворце погас свет.
