Даша слышала тяжелые шаркающие шаги впереди – да ее искали, но как далеко они теперь! Она поняла, что уже никто не сможет ей помочь. Она попыталась ударить Олега ногой, но тот сильнее сдавил шею и она начала задыхаться. Сейчас она лишится сознания и тогда он точно заберет ее в темноту и уже никто и никогда не сможет ее найти. Да и не будет искать. Зачем это нужно им? Им нужно спасаться самим.
Тяжелый, возбуждённый голос шептал. Но она не слушала. Не разбирала слов. Она поняла только, что Олег остановился. В следующее мгновение удар молота оглушил ее, в ушах зазвенело, над головой справа и слева заискрилось и будто с запозданием, короткая вспышка осветила пространство вокруг. Она успела увидеть грузную фигуру Харитонова метрах в десяти левее, полукруглые низкие своды и кирпичи колонн. А еще через секунду, каменные оковы спали. Что-то тяжело рухнуло позади. Даша потеряла равновесие, но ее тотчас подхватили руки. Руки, которые уже один раз вытаскивали ее из тьмы.
Пустовалов обнял Дашу за плечо, другой рукой убирая «Вальтер» в карман.
Харитонов, сориентировавшийся благодаря вспышке от выстрела, шел к ним.
– Всё?
– Конец, – сказал Пустовалов, – проверь его карманы.
Харитонов склонился, ощупью нашел труп и стал обыскивать.
Даша опустилась на пол. Пустовалов присел рядом, не отпуская ее плеча, словно боялся снова потерять.
– Кажется, есть!
– Что?
Вместо ответа Харитонов чиркнул зажигалкой. Прежде чем зажмуриться от слепящего света, Даша и Пустовалов увидели грязное израненное лицо Харитонова с черными слепыми глазами. Харитонов улыбался.
– Вот сука лживая.
– Эй, что там у вас?! – Крикнул Виктор.
– Дойдем теперь быстрее.
– А с этим?
Харитонов чиркнул зажигалкой, и Даша увидела тело Ромика, в луже крови уткнувшегося в колонну. На виске чернело круглое отверстие. Руки неестественно откинуты назад, будто он до последнего пытался удержать свою жертву.
– Патронов у него все равно нет.
– Это… это же… Роман, – прошептала Даша.
– Он же Олег, – сказал Харитонов, чиркая зажигалкой.
– Скорее грибной убийца. – Добавил Пустовалов.
Пустовалов помог Даше подняться и, удерживая ее за руку, повел за Харитоновым, который чиркал кремневым колесиком, высекая одни искры.
– Дединово это ведь Луховицкий район?
– Ага, – сказал Харитонов, – я там на картошке был.
– Он… – Даша все никак не могла прийти в себя.
– Это вроде называется раздвоение личности.
– Я знаю, что такое раздвоение личности, но… это невероятно.
Даша дрожала.
– Он говорил, что от страха, у него начинаются припадки, помнишь?
– Поверить не могу. Вы уверены?
– А откуда он взялся, по-твоему?
– Олег?
– Теперь обе его личности не навредят тебе.
– Из опасных парней у нас остался только один, – Харитонов подошёл к Виктору и Кате.
- Кто? – Спросил Виктор.
- Ты.
За неимением бекона, майор Никандров достал из холодильника молочные сосиски, нарезал их над разогретой сковородой и, дождавшись, когда они поджарятся, разбил четыре яйца, посолил, затем достал из шкафа вилку, нож, плоскую большую тарелку, аккуратно разложил их на столе и вернулся к плите.
Яичница была уже минут пять как готова, но майор Никандров все еще смотрел на нее, будто позабыл, что не ел целый день накануне.
Мысли майора, блуждали далеко. От добродушного старика из отдела МТО, который позвонил ему час назад и сообщил, что «все в порядке» до нечеловечески вопящего подполковника Белова с тянущимися с десятиметровой высоты кишками.
Отъехать на год-два, а потом задним числом по тихому рапорт на увольнение, как заклинание повторил про себя Никандров и оживился – взял сковородку, выложил яичницу на тарелку, отломил половину багета, который купил на ВР, когда ездил заправляться и мыть машину, после чего сел, взял вилку и нахмурился.
Просидев так около минуты, он медленно положил вилку на место, неслышно встал, отодвинул занавеску и посмотрел в окно. За окном темнела покрытая жидким воском гладь задней части «Мицубиси Паджейро» и высокий темный забор за ней. Свет во дворе он предусмотрительно выключил – выезжать он планировал засветло. Машина стояла на дорожке, полностью укомплектованная, загруженная и готовая к дороге. На заднем сиденье Никандров сложил две новые запасные покрышки и детское автокресло.
Никандров посмотрел на стол, за которым только что сидел. Он собрался уже было вернуться, как вдруг снова услышал звук, который заставил его выглянуть в окно.
Такое же легкое постукивание он слышал, только когда соседский кот пытался пролезть под его воротами. Но Савельевы выехали еще неделю назад, забрав с собой кота. Окна их опустевшего одноэтажного дома непривычно темнели за штакетником.
Никандров снова нахмурился. Он знал, что ветер не может издавать подобных звуков и пожалел, что так и не установил камеру на воротах. Никандров выключил на кухне свет и неслышно вышел в прихожую, подошел к двери, выглянул на улицу.
Четырехметровые ворота и забор казались неприступными. Теперь он понял, что сделал правильно, выключив во дворе свет.
