Кузнец ощупывал карманы, словно в поисках чего-то. Недавно он пыжился, словно павлинорог, когда выцыганил у сталкеров огромный, пусть и запертый замок, полученный от них вместе с вырванной скобой. Еще сильнее начал он задирать нос, когда через несколько недель ему удалось сделать ключ. С той поры он закрывал кузницу на замок и уходил в темноту, не опасаясь, что в подземной «ночи» кто-то сумеет что-либо оттуда стащить. Воровство в анклаве все еще случалось — хоть в последнее время сделалось редким, поскольку Белый, как делал это и его отец, приказывал гвардейцам патрулировать все туннели. Ночами — тоже.
Даже в таком скупом свете было видно, что у кузнеца серьезные проблемы не только с поисками ключа, но и с открытием кузницы. А поскольку неудачи ужасно его раздражали, особенно когда он бывал выпившим, приближался неминуемый момент, когда анклавный Вулкан взорвется и это закончится — как, впрочем, и всегда — немалым переполохом и скандалом. И тогда — не впервые, кстати, — в закоулок придет патруль гвардейцев.
Учитель тихонько выругался. Предпочел бы, чтобы люди Белого держались как можно дальше от этого места, особенно теперь, посреди ночи. Он подозревал, что Декстер и остальные попытаются закончить работу, воспользовавшись сумятицей. Альбинос наверняка сухой нитки на них не оставил, а зная запальчивость молодых сторонников предводителя, можно было ожидать от них худшего.
Потому выбор оказался предельно прост. Помнящий осторожно отстегнул часть шнурков, блокирующих вход, протиснулся сквозь отверстие и, отведя в сторону одеяло, вышел наружу. Станнис еще не закончил обыскивать самого себя. Занятый поисками ключа, он не обратил ни малейшего внимания на приближающегося соседа.
— Какие-то проблемы? — спросил Учитель, остановившись в нескольких шагах от пьяного до синевы ремесленника.
Стоящий спиной к нему кузнец сперва выпрямился, а потом осмотрелся вокруг — не вполне в сознании, словно пытаясь найти источник таинственного голоса.
— Ахайя? — пробормотал неуверенно, сражаясь с заплетающимся языком. — Шо ты тут д’лаешь, ж’щина?
— Ты что, уже соседа от жены не отличаешь? — засмеялся Помнящий. — И с чего это ты нынче напился, человече?
— А, это ты! — выдавил Станнис, щеря кривые зубы. — Бр’тишка, ты с неба мне ’пал, — показал на вывернутые карманы. — Был, с’кин сын, а я, черт, не м’гу его отыскать.
— Помогу тебе, если позволишь.
— Будь, бр’т, как у себя д’ма, — пробормотал кузнец, сгибая ноги и упираясь ладонями в край подмостков, на которых стояла кузница. Наполовину полная бутылка, которую он задел рукой, качнулась, но он подхватил ее за миг до того, как она опрокинулась.
— Можно? — Учитель быстро и профессионально обыскал его, но ничего не нашел.
Зато он заметил в бледном отсвете человека, скрывающегося за поворотом стены в туннеле. Кто-то глядел на них из-за угла. Наверняка кто-то из гвардейцев приплелся сюда за Станнисом. Или проверял, все ли в порядке, или присматривался к ценной бутылке. При таком-то свете заметно было немногое, но форма бутылки, а прежде всего запах, исходящий от кузнеца, свидетельствовали, что кому-то нынче крепко повезло на поверхности, и он притащил в туннели поллитровку довоенной водки. Ради такого сокровища можно было рискнуть и в морду получить.
— И шо? — спросил Станнис, когда Учитель отступил на шаг.
— И ничего, — честно ответил сосед. — Ключа у тебя нет.
— Сп’рли, — опечаленный ремесленник тяжело присел на ступеньку.
— А может, ты потерял его по дороге или оставил дома? — подсказал Помнящий.
— Сп’рли! — гудел обиженно Станнис. — Сп’рли его, падлы!
Наблюдатель шевельнулся, когда раздались эти слова. Помнящий заметил, что по полу туннеля передвинулась тень. Что интересней, пьяный тоже это заметил.
— Ты, там! Д’вай сюда! — крикнул кузнец, махнув рукой с такой силою, что едва сам не свалился на дно канала. — В’рюга!
Тень исчезла, словно по мановению волшебной палочки. Кто бы ни скрывался за углом, он предпочел уйти прочь с глаз пьяного Станниса и Помнящего. Учитель поступил бы точно так же, но это он сейчас стоял рядом с постанывающим от переполнявших его чувств соседом и не имел другого выхода. Нужно было заняться Станнисом.
— Пойдем, — сказал он, хватая Станниса за локоть. — Переспишь у меня, а завтра поищем ключ вместе.
— Сл’вный ты м’жик, — всхлипнул кузнец, ощупывая кирпичный фундамент в поисках бутылки. Когда ухватил ее за стройное горлышко, дал глотнуть Помнящему.
Лихо покачиваясь, они подошли к школе.
Учитель в последний момент вспомнил о не до конца разобранной страховке и… об оружии, разложенном на одеяле.
— Подожди здесь, — попросил он, пытаясь освободиться из захвата Станниса, но тот не хотел отпускать Учителя. Более того, притянул соседа поближе и шепнул ему на ухо вполне трезвым голосом:
— Спокойно, дружище. Я справлюсь.
Учитель скривился, чувствуя запах подгоревшего крысиного мяса и алкоголя.
— И что ты, человече, тут устроил? — прошипел раздраженно, когда кузнец ему подмигнул.
Станнис не ответил; оттолкнувшись от Помнящего, пошел к кирпичному помосту и принялся неловко на него взбираться.
