Действующие лица - Джесси Скотт и Нора Сатерлин.(Джесси Скотт создание Миранды Кеннили и принадлежит исключительно ей.)События «Метронома» разворачиваются приблизительно за шесть месяцев до событий Сирены.
Спасибо Господу Всемогущему за пять минут наедине. Джесси отпустил своего менеджера, сказав, что хочет поужинать один. Брэд ушел с явной неохотой, сетуя на то, что отпускает Джесси гулять по Нью-Йорку без сопровождения. Но Джесси завел песню «мне восемнадцать, так что отвянь». И это сработало.
После быстрого душа Джесси переоделся в свои любимые потрепанные джинсы, которые его мама называла безобразными, несмотря на все дырки на них, и натянул черную футболку и его самые удобные черные Динго (ковбойские сапоги).
Помощники группы уже загрузили все оборудование, да и общение с прессой закончилось рано. Все, что ему нужно было сделать, это выскользнуть через черный выход, взять такси, и Нью-Йорк принадлежит ему на всю ночь. Теннесси всегда был домом и им останется, но было что-то пьянящее в анонимности, которая была у него в Нью-Йорке, возможности смешаться с другими туристами-южанами, что превращало это место в одно из любимых, чтобы исчезнуть.
Сегодняшнее шоу проходило в концертном зале. При исполнении некоторых композиций ему даже аккомпанировал оркестр. Это было удивительно. А затем оставили лишь его на стуле с гитарой в месте, предназначенном для опер... это было здорово. Не так круто как Оупри (ежедневный концерт музыки в стиле "кантри" в Нэшвилле) подумал он с улыбкой, покидая гримерку, но все же, это было круто.
Он думал, что задержался достаточно долго и все уже ушли. Но как только он шагнул в коридор, то заметил фигуру, стоящую в тени. И какую фигуру... Очевидно, это была женщина. Об этом говорили ее бедра. У нее были длинные волнистые черные волосы, и она стояла спиной к нему, скрестив ноги в лодыжках.
- Мэм? - сказал он, пытаясь привлечь ее внимание, не напугав.
- Что такого в обращении "мэм" с южным акцентом, от чего у меня поджимаются пальцы на ногах? - спросила она мелодичным голосом с каким-то мурлыканьем в каждом слове.
Джесси нервно переминался с ноги на ногу.
- Вы должны быть здесь?
Он старался скрыть волнение в голосе. На сегодня ему достаточно сумасшедших поклонников.
Джесси услышал тихий смех, смех от которого у него на затылке зашевелились волосы, но это было приятно, и женщина повернулась к нему лицом. Медленными движениями, покачивая бедрами, она вышла из тени.
- Ты Джесси Скотт. Не ты ли должен знать, кто здесь должен быть, а кто нет?
Джесси ничего не ответил на ее вопрос. Лишь осмотрел ее с головы до ног. Она была во всем черном: черная юбка, черная блуза с такого же цвета корсетом поверх нее, и черные сапоги до бедер.
- Отличные сапоги, - сказал он.
Женщина улыбнулась и посмотрела на его ноги, прежде чем встретиться с его взглядом, озорно улыбаясь.
- Как и твои.
Он прищурился.
- Я вас знаю? - спросил он, надеясь, что она ответит "да".
- Не знаю. Ты читаешь эротику?
- Типа любовных романов?
Женщина была старше его... он предположил, лет на десять, как минимум. Но Боже, такая красивая... зеленые глаза, идеальная молочная кожа, и этот корсет… он сотворил невероятные вещи с ее и так впечатляющим декольте.
Она покачала головой.
- Ох, нет. Любовные романы это не мое. В них недостаточно секса. Нора Сатерлин - эротический писатель, между прочим, - сказала она и протянула руку. - А ты не нуждаешься в представлении.
- Думаю, нет, - ответил он, пожимая ее руку. Ее рукопожатие было сильнее, чем он ожидал от такой миниатюрной женщины. Но ее кожа ощущалась мягкой и теплой под его мозолистыми от игры на гитаре пальцами. - Что привело вас за кулисы без пропуска, мисс Сатерлин?
- Мне кое-что нужно от тебя. Но обещаю, я заплачу.
- Я не беру плату за автографы.
Он отпустил ее руку и шагнул назад. Находиться рядом с этой женщиной было более чем приятно, но он понятия не имел кто она и что хотела от него, так что он скорее всего откажет ей.
Женщина изогнула бровь и отошла обратно в тень. Когда она снова вышла, в правой руке она держала кейс с гитарой.
- Вы тоже музыкант? - спросил он.
Кроме сумасшедших поклонников, его еще преследовали толпы безумных музыкантов-подражателей, которые время от времени останавливали его, прося послушать, как они поют или играют. Он предпочитал безумных преследователей, чем безумных музыкантов.
- У меня нет слуха, и я не купила ни единого диска с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать. Но я достаточно трахалась с музыкантами. Я надеялась, ты подпишешь ее для меня. Подарок на день рождения для моего лучшего друга. Он твой поклонник.
Джесси покачал головой
- Я никогда не подписываюсь на гитарах. Один раз я сделал это, как предполагалось для детского госпиталя. В конце концов, она оказалась на eBay и какой-то придурок получил за нее двадцать тысяч.
