Мэтт полностью

— Вообще-то, это была не моя идея, — признаюсь я, взбалтывая вино в бокале. — Как я уже говорила, я солистка группы. Но мои бабушка и дедушка, которые, по сути, являются моими родителями, захотели, чтобы я остепенилась.

— Как они относятся к розовому цвету в твоих волосах? — спрашивает Мэтт.

Я не могу удержаться от смеха.

— Он не их любимый, — отвечаю я. — Но, по-моему, выглядит неплохо.

Он бросает на меня взгляд через плечо, и по тому, как темнеют его голубые глаза, я могу сказать, что он тоже так считает. Я отвожу взгляд, тщетно пытаясь снова не покраснеть.

— Последние несколько лет моя группа то и дело гастролировала, — говорю я, отчаянно пытаясь заполнить внезапно наступившую тишину. — Поэтому я была шокирована, когда мои бабушка и дедушка сказали, что они включили меня в это мероприятие. На самом деле я здесь только потому, что у меня следующие несколько месяцев каникулы. Я намереваюсь вернуться в турне после нового года.

Я задаюсь вопросом, не слишком ли я честна — может быть, он действительно вложился в этот проект по доставке невест по почте. Но вместо этого Мэтт удивляет меня и говорит:

— Да, это тоже была не моя идея. Моя мама меня подставила. На самом деле, она подставила меня и всех моих пятерых моих братьев. У неё появилась безумная идея, что мы все вместе купим Снежную Долину.

Я изумленно смотрю на него.

— Пять братьев? — недоверчиво переспрашиваю я. Затем до меня доходит остальная часть его заявления. — Подождите, вы собираетесь купить Снежную Долину? Как вы купите город?

Он фыркает от смеха.

— По-видимому, это возможно. Для меня это тоже было новостью, — отвечает Мэтт. — У города финансовые проблемы, и ему нужен покупатель, поэтому моя мама настояла на том, чтобы мы с братьями объединили усилия. Но существует устаревшее правило, согласно которому покупатель должен быть женат, и поскольку для того, чтобы сделка состоялась… — он вынимает спаржу из сковороды и принимается за лосось с картофелем. — Ну. И вот мы здесь.

— Значит, она заказала вам всем невест по почте?!

— Так и было. Она не кто иная, как решительная.

— Когда вы все должны… жениться? — это слово с трудом выговаривается.

Мэтт вздыхает.

— К Рождеству.

Я чувствую, как мои глаза расширяются.

— Это…

— Безумие? — заканчивает Мэтт за меня. — Да. Сам знаю.

Мы снова погружаемся в молчание. Воздух наполнился восхитительным ароматом, и я не могу удержаться, чтобы не вдохнуть его. И всё же я чувствую себя немного неуютно. Странно думать, что если мы с Мэттом действительно поладим, то поженимся всего через несколько месяцев. Обстоятельства, которые свели нас вместе, ещё более необычны. Как все шестеро братьев могут жениться к Рождеству?

«Это всего лишь небольшие каникулы, Джен», — напоминаю я себе. «Ты возвращаешься в тур в следующем году, помнишь?»

Верно.

К счастью, когда Мэтт заканчивает наш ужин, мы начинаем непринужденно болтать. Я узнаю, что он юрист и владеет собственной практикой.

— Я немного трудоголик, — признаётся он. — Но больше всего меня радует осознание того, что я усердно работаю и у меня всё хорошо получается.

Когда я расспрашиваю его о его хобби, он говорит, что ему нравится играть в теннис, читать и, о чудо, слушать музыку.

Теперь я могу ухватиться за эту тему.

— Какую музыку? — спрашиваю я, пока он накрывает на стол (он вежливо не позволил мне помочь).

— Любую, — отвечает он. — Альтернативную, гранж и R&B, например.

Я уставилась на него.

— Ты что, шутишь?

— Нет, а что?

Мы садимся лицом друг к другу за великолепным столом, который он сервировал. Лосось отлично прожарен, к нему подаются хрустящий картофель и свежая зеленая спаржа. Теперь, когда я выпила ещё полтора бокала вина, всё выглядит особенно аппетитно.

— Я не знаю, — возражаю я, накладывая себе на тарелку немного еды, пытаясь подавить желание наполнить её до краев. Я умираю с голоду. — Ты просто не производишь впечатления человека, который любит альтернативу, гранж, ритм-энд-блюз. Ты больше похож на «заносчивого костюма».

Мэтт улыбается мне немного лукавой улыбкой.

— Зоносчивый костюм? Я никогда раньше не слышал этого термина. Почему, ты думаешь, что я предпочитаю оперу, фортепиано и легкий джаз?

Я ничего не говорю, вместо этого откусывая огромный кусок картошки. Это именно то, о чём я подумала.

Когда я не отвечаю, он смеется и качает головой.

— Вполне справедливо, — говорит он. — Мне тоже нравится такая музыка. Но я скорее послушаю «Радиохэд», «Гарбейдж» и Дрейка, чем Пласидо Доминго.

— Боже мой, я обожаю «Гарбейдж»! — восклицаю я, чуть не роняя вилку от волнения. — Ширли Энн Мэнсон — одна из моих самых больших вдохновительниц как вокалистки. Но если ты намекаешь на то, что «Гарбейдж» — это гранж-группа, я вынуждена тебя поправить…