Когда я собираюсь разыскать зеленоглазую брюнетку, гадая, не Дженна ли это, через выход проходит
Ей определённо не больше двадцати пяти. Блондинка, да, но на этом сходство с моими прошлыми любовницами заканчивается. В волосах у неё потрясающая розовая прядь. Она невысокого роста и с восхитительными формами, её пышную грудь облегает укороченный топ, который подчеркивает её подтянутый животик. Леггинсы с леопардовым принтом подчеркивают каждый изгиб её тела. Может, она и не в моём вкусе, но, боже, она такая сексуальная, по-детски необузданная. Она абсолютно не похожа ни на кого из тех, кого я видел в Снежной Долине, и поэтому я сразу же заинтригован.
— Дженна? — зову я, и она поднимает руку, помахивая мне блестящими розовыми ноготками.
— Ты, должно быть, Мэтт! — говорит она, приближаясь.
Я протягиваю ей руку для рукопожатия, и она вкладывает в неё свою. Я не верю ни в любовь с первого взгляда, ни во что другое с первого взгляда, но будь я проклят, если не чувствую, как между нами пробегает электрический разряд, когда её голубые глаза встречаются с моими, и я ощущаю первое прикосновение её нежной кожи. Её глаза расширяются, и она неосознанно прикусывает нижнюю губу, что я нахожу неотразимым.
Возможно, в конце концов, это будет интересная партия.
Дженна
Не хочу хвастаться, но после многих лет гастролей я стала профессиональной путешественницей. Я знаю все советы и секреты, которые обеспечат вам незабываемые впечатления. Бархатная маска для сна? Есть. Подушка для шеи? Конечно. Одеяло с леопардовым принтом? Абсолютно. Зарядные устройства, журналы и закуски в изобилии? Ставлю все свои деньги. Независимо от того, продлится поездка два часа или две недели, я выгляжу как закаленный ветеран.
От Ла-Гуардиа до Снежной Долины, штат Монтана, лететь около пяти с половиной часов, поэтому я удобно устраиваюсь в кресле у иллюминатора. Я вооружилась бутылкой воды, пакетом чипсов и журналом «Космо» на случай, если мне надоест дремать. В моих наушниках играет женская панк-группа. Я знаю, что некоторые люди ненавидят самолеты, но я нахожу их успокаивающими. Они всегда одинаковые, с одними и теми же людьми, одинаковыми предполетными объявлениями и одинаковыми правилами, и предписаниями. Они заставляют меня чувствовать себя спокойно.
Так что странно, что примерно через два часа я начинаю нервничать. Становится всё труднее и труднее сосредоточиться на «Космо», даже на разделе гороскопов, который мне больше всего нравится. (Мой гороскоп говорит: «Будь терпелив, Лев! Тебя ждет что-то новое и захватывающее».) Я листаю глянцевые страницы и пытаюсь просто смотреть на фотографии, но даже это становится невыносимым. Нахмурившись, я прячу журнал в карман на спинке кресла передо мной и делаю неуверенный глоток воды. Что происходит?
Сначала я подумала, что это нервы, что было бы логично, учитывая, сколько миль мне предстоит преодолеть, чтобы встретиться с незнакомым мужчиной, за которого я должна выйти замуж. Затем я поняла, что дело совсем в другом: я
Но волнение берёт верх, оно разливается в моей груди, как газировка. Я немного задумываюсь, пытаясь разобраться в этих неожиданных эмоциях. Думаю, я в некотором роде взволнована посещением Снежной Долины. Я погуглила город сегодня утром, и он показался мне необычным и живописным, как городок из фильма «Холлмарк». Я рада познакомиться с красивым мужчиной, который, надеюсь, будет рад познакомиться со мной. И, я думаю, меня радует перспектива будущего — не лишённых секса, бесстрастных лет, в конце концов, а веселых, захватывающих, может быть, даже любящих. Возможно, это мужчина, которому я отдам своё сердце.
Моё сердце гулко стучит в ушах при этой мысли. Я уже давно никого не любила. Последний мужчина, которого я любила, изменил мне, и наши отношения закончились болезненно. У меня до сих пор на сердце остались шрамы после него. И всё же, как сказала мне Сара, мне нравится быть в отношениях и иметь кого-то, с кем можно смеяться, плакать и быть рядом. Просто это было так давно, что я склоннна забывать.