Пристыдить Владминара мне не удалось. Вызвать в нём муки совести было, похоже, не менее трудной задачей, чем заставить раскаяться оползень. А вот Дерек выглядел помрачневшим. Он с силой загнал меч в ножны. Идеализм, подпитываемый молодостью, был присущ как идущим в свете, так и приспешникам тьмы. Я сам, зараженный им, сознавал, как сильно он способен влиять на принимаемые решения.
— Мастер Владминар, мы обязаны спасти её, — сказал Дерек с ноткой мольбы.
— Не сказать, чтоб я сильно любил Веронику. Себе на уме девица и чересчур фанатична там, где требуется прагматичный подход. Да и, парень, если ты ждёшь, что я соглашусь штурмовать монастырь, битком набитый магами света… — начал Владминар.
— Б
— Даже допросных помещений?
Кончик рта Пандоры дёрнулся, обнажив один из клыков. Безо всякой нужды она разгладила невидимые складки на одежде, потянулась, выгибая спину в кошачьем движении.
— Не только отдыхаю.
Всемилостивые боги, Дерек, прекрати пялиться на неё! Оруженосец буквально источал тревогу, однако в его взоре, обращённом к вампирше, проскакивала и слабина — как у волка, который проиграл схватку за самку и подставлял победителю беззащитный живот. Для самолюбия было приятно обнаружить себя не последним глупцом в отряде, но это-то и настораживало. Неужели наставления Владминара разом выплеснулись у Дерека из ушей, стоило ему попасть под харизму вампира?!
Момента, когда Владминар спрятал шаэ’рун, я не заметил. Услышал только, как он рванул фибулу посечённого плаща и отбросил его.
— Всё равно эта тряпка уже ни на что не годна, — объяснил он и подошёл к телу, запутавшемуся в кустарнике. Затрещали ломаемые ветви, когда он принялся освобождать от них мертвеца. Тем не менее заинтересовал рыцаря не угольчатый, вернее, не совсем он. Щёлкнула застёжка, и Владминар критическим взором оценил состояние своего приобретения.
— Маловат, — пробурчал он, — но сгодится.
Накинув плащ на плечи, рыцарь закутался в него, проверяя, не мешает ли ткань дотягиваться до клинка. Удовлетворённый результатом, он хмыкнул и широким шагом двинулся ко мне. Я отдёрнулся, уходя от удара, и вскинутая для рукопожатия рука повисла в воздухе. С секунду ничего не происходило. Затем, чувствуя, как пылают щёки, я протянул ладонь, и она попала в стальные тиски ладони рыцаря. В желудке что-то протестующе булькнуло, по телу промчалась волна омерзения.
— Ты не инициирован.
Я кивнул.
— Это плохо?
В груди шевельнулась ледяная змейка. Как поступить, если он предложит прямо сейчас посвятить меня во тьму? Я не желал провести остаток жизни, привязанный к силе, которая сводила с ума куда более стойких людей.
— Наоборот, хорошо. С недавно инициированными рыцарями всегда куча возни. Пока они учатся контролировать потоки, пользы от них не шибко больше, чем от мешка навоза, да и пачкают они всё вокруг себя не реже. Блюют дальше, чем видят, — это про них. Чтобы овладеть тьмой, нужно овладеть собой, уметь концентрироваться и не терять концентрации, даже когда тебя распиливают на кусочки. А иначе велик шанс, что во время слияния в мир выберется тварь, которой не будет дела, кого пожирать, — светлых ублюдков или посвящённых во тьму.
Пальцы Владминара бесцеремонно ощупали мой локоть, поднялись к предплечью.
— Сдаётся мне, не шибко-то Вероника занималась твоим обучением. Даже мяса не набрал в мышцах. Клянусь портками Феллина, отрёкшегося от света, ты тот ещё дохляк!
— У неё не было времени, чтобы обучать меня. Мы выбирались из одной передряги в другую, — сухо напомнил я, умолчав, на ком лежала вина.
— На тренировку время найдётся всегда, Такуми, — обнадёжил Владминар, и невысказанное обещание, плескавшееся в глубине его серых глаз, заставило спину покрыться мурашками. Наверное, не поздно переиграть встречу? На что я подписался, убедив рыцаря вызволить Веронику?
А убедил ли?
— Значит ли это, что вы согласны?..
— До центрального тракта будем держаться вместе, а после посмотрим, как выведет случай.
Он покосился на трупы ящероконей.
— У вас же найдутся запасные лошади?
— Нет, только две, — с недобрым предчувствием в сердце ответил я.
— Что ж… пока не разживёмся заменой, придётся скакать вдвоём на одной, — пожевал губы Владминар, стрельнув взглядом в Пандору. Недоброе предчувствие оформилось в чёткое представление,
А Пандора стояла, позёвывая, словно наш разговор её никак не касался. В её руке трепыхался пойманный невесть когда ворон. Другой она выудила из поясной сумки маленькую деревянную чашку. С хрустом вампирша оторвала шею птице, и в кружку закапала кровь. Заметив наше внимание, Пандора показала язык и, довольная выходкой, залпом проглотила то, что успела нацедить.
Глава 48