Об этом тоже следовало подумать. Я дал обещание Покровскому, да и союзник должен быть сильным. Главное, что если она догадается, чтобы я не получил удар в спину.
— … Ужасное имя, буду звать «стражем». Спокойной ночи.
Чешуйка что-то там нудил про то, что девица понимает в именах лучше меня. После обещания переименовать его в Дымка, пригрозил сгрызть тапки. Мы достигли взаимопонимания и остались при своём.
Елена ушла дальше заниматься своими делами.
Не то чтобы я совсем не устал, но мне нужно меньше сна — отосплюсь завтра утром. А пока ополоснулся, протёр своё ночное снаряжение. Теперь в него кроме маски и пистолета входил красный кинжал, ножик со снотворным, генератор поля невидимости и набор для проникновения. В сумке так и лежали две небольшие гранаты.
Мог бы взять стелс-вингбайк. Но я его пока недостаточно проверил и боюсь Тимур может проснуться и заметит. Его смогу применить, если как Покровский полечу в другой город. А пока мне надо куда-то деть угнанный раньше.
Снарядившись, включил невидимость — выскользнул в районе мёртвой зоны камеры и спрыгнул в лес. Без хлещущего ливня перемещаться было гораздо приятнее. А покинуть запретную зону с невидимостью, пусть плохой — раз плюнуть.
Вингбайк стимуляторных наркоманов ждал там, где я его оставил и даже запустился. Я немного отлетел на небольшой высоте и запустил телефон, на который тут же посыпались сообщения. Ещё парочка не очень приличных фотографий Вики, напомнивших, что я поленился в баре искать подружку на один раз.
Постепенно она начала волноваться. А потом перешла к «ладно, напишешь, как вернёшься». Соколов просто пригласил на встречу вчера ночью. Впрочем, он повторил приглашение на сегодня.
Пора немного разворошить преступную подложку мира. Не знаю, насколько силён Барон, но он не может быть всюду.
Надо обезопасить Псков, прежде чем разворачивать то, что я хочу.
[Днём, Поместье Назаровых]
Остров с большим особняком располагался намного ближе к Пскову. Массивное здание было наполнено жизнью. Посадочные площадки, в том числе прорубленные в скале вне «гравитационного якоря» заполнены летающим транспортом.
Демьян Назаров стоял в кабинете своего отца, брата главы рода. Пётр Александрович пребывал в ужасном расположении духа.
— Придурок! Мало того, что упустил такой шанс прикончить Покровского, так ещё и допустил, чтобы он стал аномальщиком, в котором заинтересована церковь! Бестолочь! Как такой дебил умудряется не гадить под себя, ответь мне⁈
— Это был вопрос выживания, — процедил Демьян, сжимая убранные за спину руки в кулаки. Он понимал, что не угадал со временем и попал под горячую руку и вёл себя спокойно. — Отец, нас отрезало в Осколках. Осколок был переполнен ордой монстров.
— И что с того⁈ — рыкнул мужчина. — Ты мог не допустить всего этого! На что тебе сила пространства? Зачем я дал «замыкатель»? Спокойно бы отсиделся, но вместо этого из-за тебя у нас теперь ещё больше проблем! Давай, попробуй своей тупой башкой спрогнозировать результаты!
Демьян благоразумно промолчал, покорно опустив взгляд.
Пётр Назаров выдохнул, вытащил из ящика таблетку успокоительного и средство от мигрени и сел обратно в кресло.
— А теперь проговорим прописные истины. Ты понимаешь, почему Покровского нужно было убрать?
— Да, если раньше он умирал от яда, и его можно было списывать, а техники мы бы без дополнительных усилий получили позже.
— Да демоны с ними! — перебил его отец. — Техники Покровских хороши, но не более того. Большая часть Раскола всё равно у нас. Надо было, чтобы он метался и нервничал, думая, что за ним продолжается охота. Давай, покажи, что хоть что-то твоя тупая голова понимает.
— Теперь у него мощная техника и он намерен отомстить… и наверняка что-то знает.
Пётр тихо рыкнул, опустив голову.
— Мощная техника… Ужасная любовь манипулировать понятиями досталась тебе от матери. Ты назвал «мощной» нечто, способное выдержать такой поток энергии, что у вас все сенсоры зашкалили! Структура кристалла позволяла провести такую мощь! И словно мало этого, он сдружился с Пламеневым, церковью и собирается вести дела с Волковыми! Не будь дураком, говорящим «сопляк ничего не стоит». Никогда не недооценивай врага!
Отец поучал сына, старающегося сдержаться и не начать спорить. Наконец он выплеснул эмоции и отдал два распоряжения.
— Если представится возможность, прикончи Покровского. А пока отдай «замыкатель».
— Это одновременно предательство и убийство имперского служащего при исполнении. Смертная казнь…
— Не будь тряпкой и не прикрывайся законами, — в голосе слышалась уже только усталость и раздражение.
— … Если представится возможность. Но если он не дурак, её не будет. А артефакт…
— Ты его не заслужил. Ты и свой дар не заслужил, в который уже влили сорок миллионов, бестолочь. Если ты вновь упустишь возможность — лишишься дара. А если повезёт, то и жизни.
