Блондинка была прямо счастлива преподнести мне что-то подобное. Первое мгновение я колебался, но затем у меня возникло несколько вариантов, как можно его применить. Судя по описанию, подобный предмет сложен в изготовлении и достать его трудно.
Последним подарком… или, скорее, нефиксированной оплатой за оказанную помощью было три капсулы для системы нагнетателя энергии. Это… озадачило меня, и Соколов поспешил пояснить.
— Высшее качество, такими князья пользуются. Удалось захватить вместе с модулями установки на одном складе в Копейске. Её сейчас развернули здесь. Позволяет быстро восстанавливать силу.
— Когда только успели?.. — спросил я сам у себя. — Кстати, как с полицией прошло?
— Мои люди хорошо действуют и без меня. А полицейские про меня просто забыли, когда на них началась облава. Сейчас за порядком следят службы из верхнего города и княжеские гвардии. Но перед их носом можно возить что угодно фактически. Главное ни с кем не сражаться.
Меня заинтересовали: следующее кольцо уж точно потребует много энергии! Решил сразу и проверить, учитывая, что я вполне смогу продолжать разговор в процессе.
В ещё одном помещении, только с широкими дверями и, кажется, даже открываемым потолком, стояла круглая платформа с тремя полукругами нагнетателей. Причём поместиться на ней могло бы и человек десять при плотной посадке, но предназначалась она для одного. Целиком исписана рунами и на вид совершенно новая.
Что же, Соколовы после этой войны получили большую выгоду, и я воспользуюсь плодами трудов.
Мне помогли установить неожиданно тяжёлые капсулы в дуги нагнетателей. Попутно я обратил внимание, что установка была смонтирована на скорую руку и Вика споткнулась о лежащие толстые кабели, протянутые между блоками. Роман успел её поймать и не позволил упасть. Но тут же быстро отпустил и отстранился, словно его укололо шипами.
— Простите…
Вика махнула рукой, мол, ничего… По-моему, это складывается в систему. Почему красотку при полной беспомощности и наличии времени, никто не изнасиловал. Помню, когда я подслушивал разговоры, спасая её в первый раз, отребье низшего сорта не желало даже касаться её.
В голове щёлкнуло понимание. Порой ты не видишь очевидного, Осборн. Смотришь на общую картину и не замечаешь множества намёков.
— Вика, и всё же, что ты хотела мне рассказать. Какой у тебя дар?
Блондинка поджала губы и переглянулась с отцом.
— Думала… в более личной остановке рассказать. Можно?
Она подошла ко мне, разводя руки, как бы прося обнять. Роман поспешил оставить нас, а отец облокотился на стену. Мафиозный босс прекрасно понимал, что я уже догадался и ждал исхода. Вика же начала немного издалека.
— Что ты чувствуешь?
— Ничего особенного. Вот Чешуйке нравится сидеть у тебя в руках.
— Угу… а остальные ощущают колючий холод. Место контакта постепенно немеет. Если долго касаться, то начинает отмирать кожа. Даже если просто приблизят руку. Ещё при первой встрече я удивилась твоей реакции. Ты… первый, кто этого не чувствует… единственный. Даже матушка и отец… как только пробудилась искра одарённости. Никто…
До того контролирующая эмоции Вика начала протяжно плакать, прижимаясь к груди.
Я поглаживал её по голове, переглядываясь с Соколовым, который похоже и сам не знал, что делать.
— Талант скрытности, я прав? Врождённая власть над стихией тени, которую ты не можешь контролировать. Надеялась обуздать её, получив родственную магию, но не смогла. Любое касание твоей ауры начинает вытягивать силы человека, а затем и убивать.
Вика кивнула, не отрываясь от моей груди.
— О, и поэтому ты так цепляешься за типа с неясным прошлым, который носит маску и не свернёт с пути не пойми куда к могущественному врагу? Который, на секунду, почти втрое старше тебя. Только потому что нет выбора?
Вика подняла голову, уставившись на меня голубыми глазами, полными слёз и шагнула назад. Я не говорил холодно, но довольно строго. Её отец нахмурился, девушка же выглядела разбитой.
— Ты… ну конечно… куда мне… затем тогда обнадёжил? Это… приятно. Я…
Подбородок девушки задрожал, она собиралась убежать, но я положил руку на плечо.
— Знаете, вроде умные люди, а беспросветные дураки. Я подумаю над твоей проблемой. Как будто я никогда не видел прирождённых стихийников. Третий раз повторяю, я не политик или боец, я учёный, — после этих слов Вика безудержно рыдая вновь оказалась на моей груди. Похлопал её по спине, и перевёл взгляд на Соколова. — Ладно она, но сам-то почему не рассказал?
Объяснить ему поступок было трудно. Сводилось к тому, что «всё перепробовали» и «она боялась, что это тебя обеспокоит».
В общем, любит он свою дочку и совсем разбаловал. Кстати, помню мне Лена говорила, что у Соколова нет взрослых детей. Переформулировал вопрос, спросив о том, знают ли о Вике в аристократическом обществе.
— Если кто-то целенаправленно будет искать информацию, может выяснить, но мало кто об этом знает. Ты сможешь что-то сделать?
— Став сильнее и немного обучив, — подтвердил я. — Так, а пока мне не помешает немного одежды. Что за бесстыдство?
