Нина случайно пролила на себя кофе и качнулась. Бинокль скользнул в руках, и она вдруг увидела что-то странное в соседнем доме на перекрестке. Отвела бинокль подальше и пригляделась: блестит. Но что это? Телескоп? Кто-то, такой же любопытный, как и она, наблюдает за молодоженами? Или… У Инны внутри екнуло, и она стала вспоминать, сколько раз нагишом прохаживалась по квартире, оставив окна незашторенными.
Второе окно было напротив. Она накинула плед на плечи и перебралась туда. Прильнув к биноклю, она вдруг увидела нечто странное. В окне сидел мужчина. Профиль, силуэт, и больше ничего. У него был армейский бинокль. Уж такие она видела не раз! Брат просто фанател от армейской амуниции.
Мужчина в окне, словно почувствовав посторонний взгляд, развернулся. Инна отпрянула. Сердце часто забилось, словно ее уличили в чем-то запретном. Сделав вид, что просто смотрит в окно, она постояла еще немного и отошла, жалея, что пропустила фотосессию с подружками невесты. Наверняка у такой женщины было что-то экзотическое. Пара уже исчезла внутри. Через полчаса подъехали другие брачующиеся, а немного спустя через главный вход начали выбираться молодожены.
Свидетель открыл шампанское и, заливая хмельной пеной все вокруг, что-то сказал, отчаянно жестикулируя. Ему мешал уличный шум. Невеста, которая была на целую голову выше жениха на своих каблуках, наклонилась, и жених запечатлел у нее на губах смачный поцелуй. Инна содрогнулась.
"Красавица и чудовище".
Она схватила альбом, лежащий рядом на столе, и несколькими штрихами зарисовала эту парочку. Потом этот набросок обретет плоть и кровь, оказавшись в галерее и, вполне возможно, его купит та самая пара…
Рядом с женихом-боровом крутились какие-то типы в темных костюмах, вероятно, телохранители. Только вот от кого и чего защищали они? Инна была уверена, что это просто дань статусу, не более того. Город был тихим, и кроме банальной "бытовухи" редко что-то случалось. Хорошо жить в провинции! Тишь да гладь, божья благодать.
Вдруг новоиспеченный муж начал заваливаться вперед. У него на голове и на груди словно расцветали алые цветы. Новобрачная упала на мужа, увлекая его за собой. Инна сначала подумала, что она вымазана в крови мужа, но это была ее кровь. Женщина тоже была мертва. Они оба были убиты!
"Проклятье!"
Инна вскочила с места. В голове щелкнуло, время как будто замедлило свой бег. Свидетели пары кричали, подружки в розовом бегали и суетились, пытаясь спрятаться за машиной и в здании, телохранители впустую водили оружием из стороны в сторону, пытаясь понять, откуда велась стрельба. А художница подошла к окну с другого угла и посмотрела. В окне напротив больше никого не было. Незнакомец исчез.
Конечно, полиция интересовалась, кто и что видел. Инна рассказала, умолчав о том, что видела в соседнем доме. Этим делу не поможешь и людей не вернешь. Только себе хуже сделаешь. Ей было страшно.
"Он придет за тобой".
Придет серенький волчок и укусит за бочок… И утащит во лесок… Прикопает, и найдут по весне "подснежник". Страх подтачивал силы. Брат явился за ней вместе со своим другом, который был юристом, и отбил у следователя. Пока они кричали друг на друга, Инна размышляла, как быть дальше.
Она знала за собой эту особенность впадать в оцепенение в случае опасности. Со стороны казалось, что она безучастна, но она напряженно думала. Вариант раз: уехать как можно дальше. Но тогда ее достанут через брата. Вариант два. Просто сделать вид, что ничего не было, и надеяться на лучшее. Вариант три. Готовиться.
"К чему?"
Знать бы.
— Собирайся, мы уходим, — бросил ей Егор, и она кинулась к нему, прижалась к груди, как в детстве. — Ты в порядке? Не обижали?
Инна отрицательно помотала головой. Молча. Она вообще была немногословной. Все свои эмоции и переживания она выплескивала на бумаге или в танце, но чаще молчала. Она и заговорила-то поздно, почти в семь лет, перед школой, полными и связными фразами. После гибели родителей в автокатастрофе она с трех лет не произнесла ни слова.
— Есть хочешь? Пить? — спросил брат.
— Поесть. Пирожное или шоколадку.
Егорка застонал и схватился за голову.
— Ох, ну где я тебе в такой час найду шоколадку?
— Не ссы, прорвемся, — рассмеялся Макс, а в миру Максим Агейко, тот самый юрист. — Держи, кнопка.
Он достал из своего солидного кожаного портфеля шоколадку с орехами.
— Что нужно сказать? — подколол брат.
— Спасибо, — пробормотала Инна, впиваясь зубами в плитку. — Ой, мальчики, что бы я без вас делала…
Инна из-за всех этих волнений не сдала вовремя коммишн и денег не получила, более того, пришлось вернуть задаток. Зато потом, закончив, продала готовый рисунок еще дороже.
