Она склонилась над ним и провела руками по его груди. Движения были отстраненными, практически лишенными страсти. Прохладные пальцы скользили по коже, отмечая все неровности и детали. Серый подумал, что она изучала его, как художник или медик.
Инна думала о том, что кое-что пропустила. Ах да! Точно. Она наклонилась и сухо, по-деловому чмокнула мужчину в губы. Ему смешно. Ладно, переживем. Он вдруг обнял ее за шею и заставил снова нагнуться к себе, после чего поцеловал по-нормальному, так, как надо.
— Вот так, — сказал он, отпуская ее.
Инна с трудом отдышалась. Губы горели, и жар, казалось, прокатился волной от лица до груди и ниже. Серый понял, что девчонка совсем не так равнодушна, как хочет казаться.
— И сидишь ты тоже неправильно, — добавил он. — Вот как надо.
Он взял ее за бедра, приподнял и опустил ниже. Да, вот так. Инна снова задохнулась, тихо ахнула. Больно не было. Он медленно входил внутрь, а она принимала его, как в ножны. Пальцами одной руки вцепилась в его предплечье, а другой оперлась на твердокаменный живот. Кубики пресса напряглись в ответ.
— Молодец, вот так. Теперь поднимайся. Опускайся. Хорошо.
И опять, и снова… Ее заворожил его испытующий, внимательный взгляд. Казалось, не осталось ничего, кроме мерных движений и его глаз, в которых она просто тонула. Вдруг Инна ощутила свободу! Сергей убрал руки с ее бедер и дал ей возможность двигаться самой.
Инна замерла, ощущая переполненность и жар, который заливал изнутри и до самых кончиков пальцев. Значит, он понял, что ей хотелось сегодня сделать все самой, и предоставлял ей полную свободу действий. Не двигаясь, она легла на него и порывисто, благодарно поцеловала.
— Ну? — поторопил он.
Инна снова поцеловала и продолжила. С каждым движением напряжение нарастало. Мужчина обхватил ее за талию, коснулся живота, груди, а потом его руки снова спустились вниз, к источнику наслаждения. Стало так хорошо, что она потерялась в себе.
— Сергей!
Судорога сотрясла до основания все ее существование. Ее как будто на миг не стало. Был только он. В ней. И больше ничего… Мужчина снова перехватил ее за бедра и резко сел, так что они оказались лицом к лицу. Ему было далеко до разрядки.
— А теперь так, — сказал он. — Ты не в обиде?
Рокировка — и теперь она лежит под ним, а он входит снова и снова, пока не достигает пика. И даже это безумно хорошо. Так хорошо, что хочется плакать и смеяться.
— Ох! — она дернулась, когда он под конец лениво прикусил ее шею.
Слегка, просто так. Но от этого не только все внутри, даже пальчики на ногах свело от удовольствия.
— Что это было? — спросил он и откатился в сторону.
Инна, все еще ощущая послевкусие от того, что было, повернулась и посмотрела на часы, стоящие на прикроватной тумбочке.
— Полчаса еще есть, — сказала она. — Что будем делать?
Пусть теперь он думает. У нее фантазия давно закончилась. Душа пела, тело пресыщено млело, но мозги в такой ситуации отказывали, сделав ручкой на прощание.
— Полчаса? — тоже уставился на часы Серый. — При чем здесь это?
— День рожденья же, — улыбнулась она. — Ты сегодня мой подарок.
Он поперхнулся.
— Хм… А медведь?
— Он тоже, — ответила Инна. — Но с ним так не получится.
Это точно. Вот она о чем, оказывается. А он не догоняет. Забавная девочка, придумала себе историю. Впрочем, почему бы и нет? Можно подыграть. Полчаса, она сказала? Уже двадцать пять минут осталось. Однако кое-какие идеи у Серого уже появились.
Кувыркались больше часа. День рождения девчонки давно закончился, а они все никак не могли остановиться. Потом Инна уснула. Он обычно легко засыпал, но не в этот раз. Лежал, прислушивался и ловил тихое, почти незаметное дыхание по соседству.
— *ля. День рождения, — зарифмовал он.
Серый тихо встал, укрыл Инну одеялом и пошел на кухню. Впервые за долгие годы хотелось закурить. Но не так, как в анекдотах — лежа в постели после хорошего секса. Почему-то шалили нервы. Сигарет не нашел и вспомнил, что их забрал Гринев. Для него и держал. Даже хорошо, не будет повода начать курить снова.
Способ успокоить нервы нашелся быстро. Серый протер и убрал в пакет "паленый" ствол. Надо избавиться с концами. Достав легальный из сейфа, он принялся приводить оружие в порядок.
Если они не прекратят, а они не прекратят, его могут достать через девчонку. Слишком он к ней привязался. Она становится живой мишенью просто потому, что рядом с ним. Куда ни кинь — всюду клин! Но даже если они прямо сейчас, сию минуту расстанутся, от нее все равно не отстанут. Значит, надо позаботиться и проследить, раз так получилось.
Инна спала, и снились ей щенята Лоры. Они выросли и бежали впереди, растягивая до предела поводки из катушек, которые она держала в руках. Рядом кто-то катил коляску. Девушка так и не поняла, кто это был. Проснулась она в слезах.
— Встала уже? — спросил Сергей. — Иди умываться, домой тебя повезу.
Вот и кончилась сказка. День рожденья — грустный праздник.
