Ладно, заканчиваем прогулку. Хорошо, что Инна успела принять душ у Сергея на квартире, не придется отвлекаться. Сейчас она вернется, поглядит, что мужчины решили, и сделает по-своему. Потом нажарит блинов, и они с братом отправятся на кладбище.
Декабрь — странный и знаковый месяц для их семьи. В декабре перед самым новым годом появился на свет Егор, а спустя шесть лет Инна. В декабре ушла бабушка. А еще… Нет, об этом не хотелось думать. В декабре не стало родителей. Машину подполковника ГАИ занесло на обледеневшей трассе. Стоял выбор — съехать в кювет и дальше в овраг или протаранить чужое авто. Он вынес приговор семье Ветошко, оставив ребят сиротами.
Не будем о грустном! Не надо печалиться, правда, Лора? Все ты понимаешь, скулишь, будто мысли подслушала. Идем домой.
— Ой! — спохватилась Инна. — Цветы же.
Ларек был за углом. Надо было купить гвоздики, а лучше лилии. Хризантемы бабушка не любила, предпочитая комсомольские ярко-красные гвоздики и изысканные белые лилии. Когда они от безденежья продали дачу и пять соток, баба Аля больше всего убивалась не по картошке, а по цветам. Она даже на севере умудрялась разбить цветник не хуже, чем у себя на "малой Родине". Они с дедом приехали на север на заработки и осели. Отец появился на свет уже тут и встретил их маму.
Денег в кармане едва хватило. На такси держала "туда и обратно". Сжимая букет гвоздик, завернутый в газетку, Инна шла домой. Лора трусила следом. Они почти дошли, когда перед ними вдруг возникло знакомое лицо.
— Привет-привет, — оскалился Михай.
Что-то ударило по затылку. Шапка, к счастью, смягчила удар, как и шарф-труба. Зарычала собака, но Инна уже выпустила из рук поводок. Цветы полетели наземь и рассыпались красными искрами. Чей-то тяжелый ботинок раздавил один из цветов.
— Давай, тащи ее, — услышала она, почти теряя сознание.
Легла на снег — полегчало от холода. Девушка попыталась встать. Закружилась голова. Ее подхватили под мышки и повели, практически потащили куда-то.
— Быстрее лапами перебирай, курица, — недовольно бросил силуэт рядом голосом Михая.
— Может, не надо? — пробасил кто-то над ухом. — Мих, да ладно тебе! Ты же на подписке о невыезде, осторожнее надо быть. Потом.
— Уже начали, нельзя отпускать. В ментовку сдаст.
Инна начала упираться, пихаться ногами, замедляя движение, за что получила по шее затрещину.
— Не рыпайся, — нагнулся к ней Михай, и лицо напротив ее ужаснуло.
В нем не осталось ничего человеческого, только жажда расправы. Даже не похоть, просто жестокость. Красоты не было. Мало иметь красивые черты лица, когда изнутри лезет… что?
— Что уставилась?! — крикнул он ей в лицо, брызгая слюной.
Лора лаяла и яростно наскакивала на парня сзади, узнав в нем обидчика. Он ее неумело пнул, промахнулся и выругался. Соседка с первого этажа, Марипална, смотрела в окно, но не спешила выходить или звонить по телефону. Ну, что же она? Еще один мужичонка прошел мимо, бочком-бочком… Не стал связываться в двумя взрослыми, сильными парнями. Все это проносилось мимо сознания Инны.
— Быстрее давай, — подгонял парень своего подельника.
Машина была не Михая, это она поняла, оказавшись внутри прокуренного, не прогретого еще авто. Значит, давно тут ждали, заглушив мотор. Или недавно пришли и так "удачно" наткнулись на девушку.
— Нет!!! — она сделала последнюю попытку вылезти в распахнутую дверь на заднем сиденье, за что чуть не получила по пальцам.
Дверца захлопнулась, и бугай рядом прижал девушку к сиденью. Михай уселся на место водителя и тронулся.
Инна не пришла ни через пятнадцать, ни через тридцать минут. Егор забеспокоился:
— Что-то долго.
Он открыл окно, огляделся и крикнул:
— Инна! Инна!!!
Двор-колодец откликнулся эхом. Серый достал телефон и набрал номер, который был забит в "быстром вызове". Не отвечали.
— Эй! — окликнул Егор. — Вон, там!!!
Взвизгнули тормоза. Надрывалась от лая собака на углу. Да это же их Лора! Зато Инны нигде не видно. Серый поднялся и побежал на улицу, надевая куртку на бегу. За ним припустил брат девушки. К ним подлетела собака. Она лаяла и жаловалась, а потом повела их к тому месту, где все случилось.
Мужчины увидели утоптанные следы на снегу: вот тут шли трое. Маленькие следы Инны, большие с протектором как у берцев и ботинок — взрослых мужиков. Здесь она упала, тут волокли. Много собачьих следов. Увидели и рассыпанный, втоптанный в снег букет.
— *ля!!! Это Михай, тварь!!! — сразу решил Егор.
Серый мог подумать и на армян, так что уточнил:
— Его выпустили?
— Откуда? — удивился парень.
— Ну, твой друг же его вытаскивал из "обезьянника".
Видя, как вытягивается лицо у парня, Серый понял, что тот не знал, кого дружок взялся защищать.
— Что же делать? — спросил он. — Сейчас милицию вызову.
Он хотел набрать, но Серый не дал, сжав запястье.
— Не надо, — сказал он спокойно. — Сами обойдемся. Другу звони.
Они пошли к стоянке. Серый сел и позвал парня к себе:
— Машину чужую побьешь, оставь тут.
Егор позвонил Максу Агейко и спросил, как зовут клиента. После этого отключился и выдал:
— Да, это он, выпустили вчера. Нарочно не придумаешь.
