Метр Планель, пред нашим отъездом, дал нам контакты господина Мойши Тейманиса. Его магазин располагается на Quellinstraat, совсем недалеко от отеля. Меня заверили, что господин Тейманис как ничто отвечает моим требованиям. И с ним можно обсуждать широчайший круг вопросов.
Меня не удивило, что знаменитый алмазный квартал – еврейский. Я здесь бывал в конце двадцатого века. А Мейдель несколько прифигел.
– Ты меня куда привел, Иван?
– Спокойно. Ты что, не знал что лучшие ювелиры – евреи?
– Если бы мне кто-нибудь сказал…
– Ну вот, теперь ты знаешь.
Нужный нам магазинчик мы нашли с трудом. Времена, когда витрины будут пуленепробиваемыми, настанут не скоро. Поэтому сейчас понять, куда тебе занесло, можно только заглянув внутрь. С третьей попытки мы попали куда нужно.
– Господа Колтцофф и Мейдель? – уточнил у нас шкафоподобный охранник. На наш кивок посторонился и пропустил внутрь.
Внутри все было – богато. Не кричаще и аляповато. А строго и неброско. Почти аскетично. Красное дерево. Дорогие ковры. Дубовая отделка стен. Сверкающие витрины с драгоценностями. И совсем нестарый мужчина, который сказал:
– Добрый день господа. Я – ювелир Тейманис. Что привело вас ко мне?
– Здравствуйте. Мы с кузеном нашли несколько необработанных камней и хотели бы обсудить это с вами.
Из боковой двери появилось еще два мужчины. В отличие от самого ювелира, одетого в хороший костюм, они выглядели как настоящие хасиды, с пейсами, шляпами, и веревочками снизу пиджака. Только я сразу увидел, что это охрана. И, в отличие от шкафа на входе – неплохие бойцы. Один, так и вовсе хорош. Правда, не против меня. Я не то чтоб звезда. Но, судя по пластике движений, они галимые рукопашники. Ерунда. Если бы я грабил эту лавку, я бы их уже в штабель всех сложил.
Но тот, что получше, был действительно профессионал. Быстро оценил нас взглядом. Отметил наличие оружия. И сместился так, чтобы в случае начала моего движения между нами был Яков. То есть тоже определил самого опасного. Я слегка сместился так, чтобы ему было меня легче контролировать. Мы обменялись легкими улыбками. Ну, типо – я здесь по делу. Не дергайся. Понял, спасибо.
– Можно будет взглянуть?
Яков поставил на витрину портфель. И достал из него мешок. Не мешочек, а мешок. Полторы тысячи карат крупных алмазов – это триста грамм. Очень нехилый объем. Да и в деньгах. Обработанный бриллиант сейчас стоит около трех тысяч долларов за карат. В розницу еще дороже.
Яков, между тем, начал выкладывать камни по одному. Но на втором камне из Бомако, ювелир воскликнул:
– Постойте! Не угодно ли будет пройти ко мне в кабинет?
В кабинете все было уже по взрослому. Специальный столик со столешницей синего сукна, лупы, весы, горелки, пинцеты и прочее оборудование. Не нарушающее, впрочем, ауру давнего и привычного богатства этого места. Охранники прошли с нами, но стали максимально незаметны. Яков принялся выкладывать камни. По группам. Камни из Бомако. Камни из Либерии-1. Камни из Либерии-2. Отдельно-камешки из Сьерра-Леоне. Рядом с ними пиропы. И кусок синей глины. То есть не глины, а кимберлита.
– Называйте меня Моисей Соломонович, господа. – по-русски сказал ювелир. – вы поясните, что значит эта выставка?
– Все просто, Моисей Соломонович. Эти камни из разных мест. Ну а про пиропы и кимберлит вы и сами все понимаете.
– И что вы хотите?
– В самом простом варианте мы хотим продать большую часть этих камней. А те, что оставим себе – обработать. Но, как вы понимаете – не все так просто.
– Да уж.
– Каждая группа камней – со своего месторождения. Точно разведанного, и оцененного по объему добычи. Ну и кимберлитовая трубка, про которую сейчас никто не знает. Опять же с точно оцененным потенциалом добычи. Это, по сути, готовые прииски. Эта информация продается.
Господин Тейманис хмыкнул.
– У вас здесь камней на несколько миллионов. Информация, как я понимаю, стоит не дешевле?
– Объем добычи предполагается порядка двухсот-трехсот миллионов карат.
– Вы не боитесь, что узнав о вашем предложении, возможный покупатель сам найдет место?
– Абсолютно не боюсь. А вообще, я думал, что вашу общину заинтересует такая покупка. Потому что Де Бирс не лучший партнер для вас.
– Давайте сделаем так. Я, до завтрешнего полудня, оценю ваши камни, и кое с кем переговорю. И потом мы опять с вами встретимся.
– Хорошо. До завтра мы не ищем других партнеров.
– Оставьте эти штучки, господин Кольцов. Агента в этом вопросе лучше чем я вам не найти!
– Так докажите! Пять процентов от сделки – достаточный стимул?
Он поперхнулся. В такого рода сделках посредник получает редко больше процента.
– А почему спешка?
Он все правильно понял. Сидеть и ждать пока созреет покупатель можно долго.
– Я повторю предложение. Мы готовы продать нашу информацию вашей общине. И не будем интересоваться за сколько вы её перепродали.
– Господин Кольцов!
– Называйте меня Иван Никитович. А господина Мейделя – Яков Карлович.
– Иван! А ваша бабушка, она не из наших?
