— Ну, это место, куда люди приезжают кататься с гор. Построй пару гостиниц. Коттеджей с десяток. Дело хорошее.
— Херня какая-то, Вань. Хочется чем-то серьезным заняться.
— Куда уж серьезней. Там, Савва Игнатович, дел — на целую жизнь! Вырубить склоны, поставить подъемники. Построить гостиницы. Дорогу, опять же, с властей стребовать. А то ведь к тебе приличную девушку не привезешь!
— Это почему это?
— Ну а как ты себе это представляешь? Вот скажу я Наташе, поехали к Савве в гости. Знаешь, что она мне ответит?
— Что? Ей вроде бы нравилось…
— Нравилось? Она скажет — фуууу… Савва опять даст пулемет в руки, и позовет по горе напротив замка стрелять. Ты чему мою девушку учишь, душегуб плюшевый?
— Противный ты, Вань. Девчонке нужно от тебя как-то обороняться. А то и на своем настоять.
— Займись горными лыжами. Тебе понравится. И вообще, я лучше с Лоттой поговорю. А то ты че та ломаешься как девка красная.
— Не, Вань. Не прокатит. Тебе с нами обоими нужно договариваться.
— Дык я по очереди.
Из дома вышли девушки и уселись с нами под зонтом. Налил им шабли. Вдали раздался звук автомобильного двигателя.
Во двор замка вошли Марк и Яков. Яков вгляделся в сидящих под зонтом и сбился с шага.
— Здравствуй, Яков Карлович! Надолго сюда заглянул? — сказал я.
Кажется, он меня не слышал. Художник Тончев наверное сказал бы, что будет писать картину «Барон наповал сражен красотой графини».
Французская кухня имеет множество подвидов. Летняя, зимняя, высокая, повседневная и пр. и пр. Это не считая региональной. Объединяет её одно — она великолепна. Не удивлюсь, если во Франции, на бытовом уровне, еду воспринимают как национальную идею. Если уж кто-то из американцев однажды сказал, что готов отдать жизнь за бигмак, картошку фри и френч-пресс[16]. То что тогда говорить о французах?.
Наташа, выросшая во Франции, не очень понимала своего счастья. И я об этом ей рассказывал, пока мы собирались в гости.
Явление Ольги Иваницкой, барону Мейделю состоялось, как бы просто и тихо. Лишь на мгновение у Якова дрогнуло лицо. А потом он стал невыносимо учтив и любезен. И дальше говорил только с ней. Обращаясь вроде бы ко всем. Как добрались, я очень рад, Ольга Леонидовна, что вы посетили мой одинокий приют, у меня здесь неустроенность. Я, понимаю, у вас, в Биаррице, гораздо уютнее, но еще пара месяцев, и здесь будет весьма достойно. Госпожа Иваницкая была крайне надменна и сдержанно-суховата. Если бы я не знал, что она сама сюда напросилась, я бы решил, что её сюда привезли силой. Мне, было подумалось, что довыпендривается, с холодностью-то. Потом перевел взгляд на глуповатую улыбку Якова, и подумал что — нет. Все по плану. С ним построже нужно. Умная барышня. Шарлотта с Наташей неприкрыто наслаждались происходящим. Мы с Саввой держали покерфейс.
Только сейчас я обратил внимание на то, как дамы одеты. И понял, что стратегическая операция тщательно продумана. Наташа, в платьице, Лотта, в легкой юбке и блузке. Ольга Иваницкая неброско-великолепна. Красивые босоножки. Скромное черное платье от Шанель, длиной чуть выше колен. Как бы отсутствующий макияж, подчеркивал глаза и чувственный рот. А вот этот простой конский хвост, похоже, дамы сооружали втроем. Чтоб шею можно было оценить правильно, и не думать, что она не волшебная.
Тем временем барон, эта жертва коварных манипуляций, потащил Ольгу показывать замок. Остальные пошли с ними. Я уселся обратно в кресло. Вернулась Наташа.
— А ты чего не пошел?
— Что я там не видел? Понятно же, что песенка Якова спета. Не отвертится. А я боюсь сказать какую-нибудь гадость.
— Ольга так переживает…
Я хмыкнул. Во двор вошел юный джентльмен. Я узнал нашего спасителя, Николя Дамура. Встал и за руку вытащил Наташу из кресла. Николя подошел к нам, снял кепку и сдержанно поклонился.
— Бонжур!
— Наташа, позволь тебе представить Николя Дамура. Это он нам очень помог, когда мы вытаскивали тебя.
— Николя, это моя невеста, Наташа.
Наташка наклонилась и расцеловала мальчишку в обе щеки.
— Огромное спасибо тебе, дружок!
Он слегка покраснел, а потом сказал:
— А я специально к вам. Барон предупредил, что вы сегодня приедете.
— Зачем же мы понадобились?
Николя снова снял кепку, и солидно произнес.
— Мадемуазель принцесса, мсье Колтцоф. Я, от имени моей семьи, имею честь пригласить вас в свой дом, на новоселье. Завтра в три часа. Будут наши соседи, ваш водитель Жан, и еще несколько друзей.
Наташа серьезно его выслушала, а потом сказала.
— Большое спасибо за приглашение. Я и мой жених обязательно придем.
— Будем ждать, — он надел кепку — я дальше побежал!
— Расскажи хоть, как у тебя дела здесь?
— Все завтра, мсье Айвен. Я еще не всех обошел!
Я потащил Наташу к машине.
— Куда ты?
— Мы едем покупать подарки. На новоселье. Я без тебя не справлюсь. И только попробуй мне сказать, что ты не готова. Иваницкую выгодно оттеняла? И меня, прекрасного, подчеркнешь. Все будут завидовать такой замухрышке.
— Вань, а что, так в глаза бросалось?
— Да, Яков вообще ничего не понял. Но меня не проведешь! И прекрати хихикать! Это я тебя соблазнил!
