- Извините, можно мне сказать? – смело, под прикрытием робкой маски.
- Говори.
- Половину защиты Конохи составляют кланы. Клан Учиха и клан Узумаки всегда готовы выступить против агрессора.
- Понимаю, - кивнул Данзо. – Только не думай, что я расценю твои слова как защиту отдельных личностей.
- И не собирался, Данзо-сама. Нельзя упускать из виду основную силу, - сделал короткую паузу и добавил стандартное, - при всём моём уважении к вам.
Данзо не сердился. Он знал, что Итачи горазд сразу подобрать все концы ниточек, но не ожидал, что открыто объявит об этом.
- Хорошо. Что ты предлагаешь?
- Простите, Данзо-сама, у меня нет права принимать решения.
- Ты получил это право вместе с первым заданием.
- У меня есть наставник, я следую его указаниям.
- Говори, Итачи-кун. Я просил тебя высказать личное мнение. И, кажется, предупреждал, чтобы ты его высказывал, когда просят.
- Извините, Данзо-сама, - кротко согласился Итачи, но оставалось в нём что-то другое, разоблачающее железную волю. Итачи знал, когда ею воспользоваться. И знал, что выставлять её в споре с начальством нельзя. – Я могу начать вторую стадию задания. Если ограничиваться наблюдениями, то можно упустить момент. Более того…
- Продолжай.
- …я бы совместил две последних стадии. Тем более, наставник требует искать пределы охраняемого объекта уже сейчас. Это невозможно без попыток контроля.
- Ты уже пытался, - понял Данзо. – Я даже не сомневался в этом. И до каких пределов ты дошёл?
- Я не видел всей силы девятихвостого, но хорошо изучил теорию.
- Если тебе важно увидеть его силу, можешь взять командировку на открытые полигоны.
Много необитаемых миль, где шиноби могли упражняться сколько угодно, тренировать техники любой мощности и рушить сколько заблагорассудится. Земля никогда не оставляла шрамов, на следующий же год они уже затягивались травой. Данзо сам был неоднократно на этих территориях, видел зеленеющие воронки и заполненные гнилым болотом овраги, поваленные леса и поля молодой поросли. Все тренажёры в одном месте.
- Боюсь, решение от меня не зависит.
- Тогда слушай приказ, стажёр, - снова возвращение к строгой субординации и игнорирование всяческого мнения. Машинная логика. – Даю тебе право самому решать последовательность выполнения задания. При любом внеплановом событии – внеурочный отчёт мне на стол. Это ясно?
- Да, Данзо-сама.
- Следить за любыми признаками нестабильности и предотвращать самостоятельность девятихвостого любой ценой. Можешь запросить подкрепления, если заподозришь срыв задания. Всегда держи при себе телефон на этот случай. Отговорки вроде «забыл в кармане куртки» не принимаются. Это ясно?
- Да, Данзо-сама.
- И тебе вверяется круглосуточная слежка. Детали обговори со своим наставником.
- Да, Данзо-сама.
- И последнее: мне необходимо переговорить с Узумаки Кушиной наедине касательно джинчуррики. Передай ей моё приглашение. Надеюсь, она уже остыла и готова обсудить детали сложившегося положения.
- Да, Данзо-сама. Я должен передать ей что-то ещё?
- Что ты имеешь в виду? - Данзо нахмурился.
- Простите, это не моё дело.
- И ещё раз: что ты имеешь в виду?
- Возможно, будет правильнее предупредить её, если встреча состоится не наедине, - отрапортовал Итачи.
- Разумно, - подтвердил Данзо. – Предусмотрительность делает тебе честь, - понял, что мог допустить ошибку, не подготовив Кушину, и так не в восторге прыгающую при виде него, к ожидаемой компании. – Передай ей, что планируется заседание совета, на которое она будет приглашена. Об этом и о времени будет объявлено лично. Но перед этим, за пару часов, мне бы хотелось видеть её в одном кабинете с Орочимару-саном. Это касается особенностей биджу, не зависящих от джинчуррики.
- Я передам, Данзо-сама.
Итачи не раскланивался, отступил, полный достоинства, но Данзо показалось, что он выполнил все церемонии. Одной только интонацией, которую и покорной назвать нельзя, выделил положение их обоих. Нельзя обвинить Учиху Итачи в зазнайстве. Нельзя и выпускать его из виду, чтобы потом не удивляться его стремительному развитию.
Оставшись наедине с собой, он позвонил.
- Добрый день, Данзо-сан, - поприветствовал Орочимару в своей непревзойдённой манере вечно спокойного и довольного жизнью существа.
- Он становится агрессивным, Орочимару-сан. Соберите, пожалуйста, все данные о ваших исследованиях и будьте готовы выложить их на конфиденциальной встрече перед собранием совета.
- Вы пригласили Узумаки Кушину?
- Да, пригласил.
- А Намекадзе Минато?
- Вы лучше меня знаете, что он к девятихвостому имеет такое же отношение, как и все мы – участник второго плана. Мы обязаны согласовать наблюдения со знаниями Узумаки Кушины, - выдал объяснение Данзо.
- Значит, вы признаёте, что живой джинчуррики полезнее печати в свитке?
- Я никогда этого не отрицал. И мне необходимо изучить проблему целиком, пока девятихвостый не нашёл лазейку на свободу.
- И тогда что? – поинтересовался Орочимару, - снова позволите запечатать его в ребёнке из клана Узумаки?
- Если не останется выбора, Орочимару-сан. Только тогда.
