— Я никогда не забывал о тебе, ни на секунду. И мне больно слышать, что ты думала будто это так. Я благодарен случаю, что не вылетел тогда к тебе, как и собирался…
Я зло стискиваю зубы.
— Не сомневаюсь в этом.
— Не сомневайся! Благодаря этому, сейчас я могу быть рядом с тобой, не боясь, что это повлечет за собой негативные последствия! — Дэймон берет мою руку в свою, и не смотря на мои решительные попытки противиться этому, опускает ее себе на грудь. Пытаюсь вырвать запястье, но он еще сильнее удерживает мои пальцы, ведя их по рельефной мышце вниз, к торсу.
— Что ты делаешь? — я не понимаю, что он хочет от меня, но тут же осекаюсь, чувствуя на его гладкой коже странный рубец в виде неровного выпуклого шарика. Невольно отстраняюсь, чтобы посмотреть, что это. Дыхание Дэймона сбивается. Провожу кончиком пальца по довольно свежему розовому шраму.
— «Форс-мажор», — пожимает он плечами в ответ на мой вопросительный взгляд. Эта сука подстрелила меня.
Я вздрагиваю. Мне резко становится нечем дышать. Дэймон отступает от меня на шаг назад. Вижу, что ему не хочется говорить об этом.
— Благодаря этому, Шарлотт там, откуда выйдет не скоро.
До меня в полной мере доходят слова Дэймона. В него стреляли…
— Ей следовало бы целиться чуть выше, чтобы наверняка покончить со всем этим дерьмом!
Мне не хватает воздуха, не могу заговорить.
Дэймон отворачивается от меня и начинает собираться. Он надевает рубашку и медленно застегивает пуговицы.
— Не знаю, зачем я рассказал тебе все это. Мне не хочется, чтобы это было оправданием моего поступка, меня не надо жалеть, да и я не заслуживаю этого. Просто мне хочется, чтобы ты перестала считать меня ублюдком, тем, кто бросил тебя на грани жизни и смерти. Мне противна одна мысль, что ты все это время так думала обо мне.
Я беспомощно заламываю пальцы. Вот он надевает пиджак и подходит к двери, ища глазами свою обувь. Он уйдет. Сейчас он уйдет! Почему я молчу?
— Дэймон? — пересохшие губы едва слушаются меня. Он поднимает на меня слегка покрасневшие глаза. Меня трясет от бушующих внутри чувств.
— Я не была на грани жизни и смерти. Все это время, с той самой минуты, как я открыла глаза, я была мертва. До вчерашнего вечера… И, если ты сейчас снова уйдешь… я вряд ли смогу справиться с этим снова.
— Это значит, что ты?.. Что я?.. — Дэймон замирает и смотрит на меня полным недоверия взглядом, — что я могу рассчитывать на твое прощение?
Нервно сглатываю и едва заметно киваю.
— Возможно… если постараешься.
Дэймон ме медлит ни секунды. Он бросается ко мне и заключая в объятия, поднимает над полом. Обхватываю его лицо руками и жадно впиваюсь в губы. Возможно, я снова обожгусь, или пожалею, но разве та жизнь, полная ежедневной боли и ломки самой себя, лучше, чем то, что может у нас получиться? Определенно нет. Рядом с ним я чувствую себя живой, и если неведомые силы дали мне еще один шанс, после той аварии, то я хочу воспользоваться им в полной мере.
— Я не могу поверить, — задумчиво обвожу рваные кромки шрама от пули. Только ближе к вечеру мы, наконец, переводим дыхание. Это похоже на слепое наваждение. Я даже представить не могла, как сильно скучала по Дэймону. Мне не нужны слова, чтобы понять — он тоже скучал по мне. Мы наслаждаемся этим долгожданным моментом. Можно ли было предположить, что все так обернется? Вряд ли… Но все же, я сильнее прижимаюсь к Дэймону и вдыхаю запах его кожи. Боже, как мне не хватало этого. Дэймон гладит мою спину, то и дело спускаясь к пояснице, минуя границу приличия. Всякий раз, когда он так делает, я ощущаю легкую дрожь по телу.
— Просто не могу поверить, что она стреляла… в тебя, — в голове никак не укладывается, что я могла потерять Дэймона, вот так, по-настоящему. Осознание того, что он в порядке, хоть и далеко, скрашивало мои угрюмые мысли в те дни, когда я заставляла себя ненавидеть его за то, что он оставил меня.
— Я думал, что подобное может произойти — тихо отвечает он.
— Почему? И в таком случае разве этого нельзя было предотвратить?
— Мия, бывают определенные точки невозврата, проходя через которые, люди уже не могут остановиться. И их уже ничто не может спасти. Временно отрезвить, попытаться переубедить, да, возможно. Но рано или поздно, идея, сидящая в голове, начнет прорастать и давать свои плоды. Так было с Йеном, так случилось и с Шарлотт… к тому же благодаря ее безрассудству мы сейчас здесь… вдвоём
Я приподнимаюсь на локте, разворачиваясь к Дэймону. Мне необходимо узнать одну вещь, которая стала навязчивой мыслью.
— Как думаешь, Йену действительно нельзя было помочь?
Дэймон хмурит брови. Этот разговор явно не доставляет ему удовольствия, но он терпеливо поясняет, видя, что мне нужно это. Нам обоим это нужно.
— Нет. Точка невозврата для Йена была встреча с тобой. Он жил со своим горем, но смириться с потерей Клэр стало невозможным для него.
— Я не хотела, чтобы все так случилось.
Дэймон гладит большим пальцем мое запястье. Там тоже остался след, после нападения на меня Йена в переулке. С тоской понимаю, что историю нашей любви можно прочесть по оставленным ею шрамам.
