Массивный противник тут же опустился на одну ногу. Если бы я смотрел по сторонам, то увидел бы, как второй беспомощно смотрит на происходящее. Чтобы помочь и вступиться за товарища, ему пришлось бы бросить принцессу на пол. Совесть, наверно, не позволяла.
Я вскочил на обе ноги, тогда как противник безуспешно пытался совладать с поврежденным коленом. Ситуацию надо было решать как можно скорее, поэтому я ударил его по опорной руке, заставив почти что лечь. А когда он поднял лицо, саданул его коленом прямо в челюсть, для надежности обхватив голову руками.
Правда, пришлось повторить удар, чтобы лишить его сознания. Все длилось не больше десяти секунд, и я счел это действие эффектным. Не бокс, но результативно и позволило мне тут же присоединиться к Павлу.
– С тобой будет то же самое, если не оставишь принцессу в покое, – тихо произнес я.
Оставшийся уже смотрел, куда бы ему половчее сбежать, чтобы не догнали. Я подступил на шаг ближе, то же сделал и шпион. В итоге обладатель крупного носа с криком подтолкнул Аню в нашу сторону.
Я бросился к ней, чтобы подхватить, а Павел рванул с места догнать преступника. Он скрылся за поворотом, а я поднял девушку на руки и посмотрел на людей, которые начали выходить из обеденной:
– Все оставайтесь там, – сказал я как можно спокойнее. – Не выходите, тут еще может быть опасно. Где ее комната?
Тут появился император и почти одновременно с ним с другого конца коридора вышел и Павел. Похоже, догнать не удалось, но зато Алексей Николаевич тут же сменил шаг на бег.
– Что с ней? Что случилось? – он выглядел в этот момент самым беспомощным человеком на свете.
– Мы не знаем, – подала голос одна из девушек, похожая на прислугу. – И понять ничего не успели!
– Зал закрыть и никому не выходить из него, – начал раздавать указания Трубецкой. – Вообще никому! – тут же прикрикнул он на девушку, которая почти вышла в коридор. – Всем оставаться внутри. Максим, унеси Анну Алексеевну в ее комнату. Я останусь здесь и подожду твоего возвращения. Мне понадобится еще одна пара глаз и рук, чтобы разобраться в происходящем.
– Я покажу, где комната, – мягко произнес отец девушки. – Идем. Здесь рядом.
Мы миновали еще несколько поворотов и коридоров и оказались, кажется, в задней части дворца. Император раскрыл дверь, и я внес Аню внутрь. За нами никто не шел, но все же Алексей Николаевич проявил осторожность и проверил коридор перед тем, как закрыть дверь.
Пока я укладывал девушку на широкую кровать и убирал покрывало, император дошел до небольшого столика, взял из верхнего ящика ключ и запер дверь изнутри. Потом сел на другой стороне кровати. Закончив с покрывалом, я встал напротив императора.
– Мне нужны ответы, – сказал он уверенно, но без повелительного тона. – Я хочу знать, что происходит с моей дочерью.
– Поверьте, ваше величество…
– Давай без формальностей, Максим. Ради этого я пошел с тобой в ее комнату, чтобы поговорить по душам. Поэтому говори прямо и честно.
– Хорошо, прямо и честно, – кивнул я. – Не имею понятия. Я полтора месяца пытаюсь понять, что происходит. Полтора месяца я вытаскиваю ее из передряг и хочу верить, что ваша семья не имеет к этому отношения, – заметив удивление, смешанное с гневом, я тут же сказал: – верю, что не имеете. В последний раз, когда я ее искал, мы нашли ее в клинике. Но она сгорела на днях и доказать что-либо почти невозможно.
– Да нет же, – раздраженно отозвался правитель. – Я про ее поведение!
– Я не знаю, что с ее поведением. Бывало, что мы не теряли друг друга из виду несколько часов подряд, – я хотел сказать «дней», но подумал, что это будет не лучшим решением. – И она была самой обычной девушкой. Ничего странного в ее поведении не было. Его вполне можно назвать благопристойным. А что происходило сегодня, лучше всего спросить у людей в обеденной.
– Если что-то происходило прилюдно – это позор, – начал сокрушаться император. – Такой позор! – а потом взглянул на меня. – Я знаю о тебе слишком мало. Но ты хорошо относишься к моей дочери и, похоже, только что в очередной раз спас ее, – и он принялся мерить шагами комнату.
– Так вы не знаете, что это за люди намеревались ее унести? Один из них лежал на полу в коридоре.
– Нет, не знаю. И это меня удивляет! В моем дворце не может быть посторонних. Я прекрасно знаю людей, которые мне помогают. Игнат – ты видел его возле кабинета заседаний Малого Совета. В обеденной, кроме супруги, Бориса и его няни было еще четыре человека. Сегодня это Света, Дарья, Тома и Анфиса. Я всех знаю, но не того человека на полу. И потому я хочу вернуться к прежнему вопросу. Кто ты? Ты стоишь у меня во дворце, а если верить твоим рассказам, едва ли прошел месяц с момента твоего первого появления здесь!
– У меня был долгий путь. И не все в нем, скажем так, было законно, – кашлянул я. Аня перевернулась на кровати набок и засопела. – Без связей и денег даже в вашем мире ничего не делается, а у меня не было ни того, ни другого. Про поместье вашего брата я уже рассказывал. Стычка в гостинице в Бараках. Пароход «Кутеец». Перестрелка в порту. День перед пожаром в клинике.
