Краем уха Рая услышала, что прибыла доставка. Значит, планируется, что она тут надолго.
Несколько раз брызнув холодной водой себе в лицо, уставилась в зеркало, пытаясь вернуться в реальность.
Она сама поехала с ним! И обозначила себя перед Верой! Надо определяться.
Человек помог её семье. Она оценила. И теперь должна отблагодарить его. Так получается?
От этой мысли в груди что-то взорвалось. Паскудно звучит… И не хочет Рая никого благодарить.
В её понимании, если человек помогает, значит, у него есть желание делать это. Потребность, возможность. И подразумевается, что помощь безвозмездная.
А всё, что со спросом – это не помощь.
А как у Давида Шахова?
Голова шла кругом. Рая ничего не понимала. Она потерялась.
Ладно… Ладно. Будет смотреть по ситуации.
Когда мужчина накрывает стол – это здорово. Мама светилась, если папа с Тёмычем ей помогали.
Но увидев, как деловито орудовал приборами и тарелками Давид, у Раи поджались мышцы живота.
Не к добру…
– Присоединишься? – поддел он её по-доброму.
Рая кинулась помогать. А у самой в голове билась мысль – что она творит?.. Что делает? Внутри всю лихорадило, волнение бурлило похлеще, чем в ту ночь, когда она продалась.
Там всё было понятно. Разделась, легла, удовлетворила мужчину. Получила деньги – и забыла, как страшный сон.
Жизнь внесла свои коррективы. Во-первых, забыть не удалось. Во-вторых, последовало продолжение.
Стол тем временем заполнился какими-то невообразимыми блюдами. Рая не знала ни одного. Они все были из параллельной вселенной.
– Пить снова не будешь?
На самом деле в горле пересохло, к тому же градус волнения поднимался бешеными темпами.
– Один бокал, – нехотя согласилась Рая.
Они же планировали сегодня с Веркой напиться. Ну как напиться... Верка бы пила, а Рая цедила тот самый один бокал.
Давид, услышав её ответ, довольно кивнул. Пока её не было, он не только организовал стол, он ещё закатал рукава тонкого джемпера, обнажив крепкие предплечья. Такие... мужицкие. И не скажешь, что человек не работает физически.
– Ты из органов? – задала Рая встречный вопрос.
Если она согласилась с Шаховым на ужин, должна хотя бы частично представлять, с кем общается.
– Скажем так: опосредованно.
– Ничего не понимаю...
– А хочешь?
Рая сглотнула вставший в горле ком и сделала несколько быстрых кивков.
– Ты сказал, что заинтересован во мне. Нашёл. Пригласил к себе. Решил многие мои проблемы. Значит, будет продолжение. Правильно?
Она делилась мыслями вслух.
И он должен оценить её откровенность!
Молодой парень, может, и проигнорил бы. Но этот… должен!
Иначе не имеет дальнейшее никакого смысла. По крайней мере, в понимании Раи.
Она – соплюшка, никто против него. Жизни не знает, в проблемы окунулась по самую макушку. Ей необходимо хоть что-то, на что можно опереться, чтобы найти равновесие. Иначе всё это бессмысленно.
– Правильно, – подтвердил Давид, вставая рядом.
Раю сразу точно покрывалом накрыло. Тончайшим, едва заметным. А пульс шпарил, продолжая разгоняться.
– Когда-то давно я был ментом, работал в полиции. Сейчас – в министерстве.
– Боже…
Мужчина усмехнулся.
– У тебя шикарная реакция, Рая.
Он переместился настолько незаметно, что девушка не успела предугадать его действия.
Внезапно оказавшись за её спиной, не дал ни секунды, чтобы осмыслить изменившиеся обстоятельства. И прикоснулся к её шее губами. Обжёг, окунул в лавину эмоций, что набирала обороты.
Рая всегда слишком остро реагировала на нарушение личного пространства, не любила, когда люди вставали слишком близко. А уж за спиной…
Их прервал звонок. Звонили ей. Всего несколько гудков. Потом упало сообщение.
Рая ухватилась за возможность передышки, как за спасательный круг. Ей надо «убрать» мужчину из-за спины.
– Я посмотрю? От Тёмы может быть.
Давид кивнул.
– Давай. А потом спрячь его с глаз долой.
Если бы Шахов снова давил интонацией, говорил жёстко, как в две прошлые встречи, Рая воспротивилась бы. Она не любила, когда ей приказывали. Да и кто любит? Понятно, если это родители. Но мужчина… Нет. Не та ситуация, не те отношения.
Сообщение было от Веры: «Сразу мужика не обламывай. Знаю я тебя. Мозгами раскинь хорошенько. С молодняком ещё успеешь покрутить задницей».
Потом Рая оправдывала себя тем, что повелась на сообщение подруги. Что где-то дала слабину. Смалодушничала. Поддалась некой иллюзии, обещанию беззаботного будущего. Хотя бы на минуту, час, день… Невыносимо захотелось, чтобы кто-то забрал её проблемы на себя.
Потом она поймёт, что совершила ошибку, что сама позволила втянуть себя в пучину таких страстей, о которых даже подумать не могла.
Но будет поздно.
Она сделала, как велел Давид – поставила телефон на беззвучный и засунула в сумку. Если что – перезвонят. И вернулась за стол.
Они поужинали. Давид встал, обогнул стол и остановился за её спиной. Сердце ухнуло в живот. Одна часть Раи завопила «нет»… Истошно, дико. Этот крик потонул в пучине прикосновений Шахова.
Точнее, в тех эмоциях, что они дарили.
Сам факт, что он стоит сзади, нависает на ней, дезориентировал. Рая снова почувствовала себя маленькой робкой девочкой.