Давид Шахов был прав. Сегодня всё происходило иначе. Начиная с того, как он вёл себя с ней, и заканчивая её собственным восприятием.
Он тоже разделся. Свет и не думал приглушать. И это тоже было как-то… дико, что ли – смотреть на голого человека рядом с собой. Рая не стеснялась собственного тела, воспринимала адекватно чужие. Но смотреть на обнажённое тело Давида…
Не могла, и всё тут.
Он открыл прикроватную тумбочку, достал презерватив. Точными уверенными движениями вскрыл упаковку и натянул резинку на стоящий колом член.
Он не навис над ней, как она ожидала. Прилёг рядом и потянул её к себе. Их губы снова встретились. Он целовал её много. Она отвечала. Льнула к нему, нуждаясь в тактильных ощущениях. Он точно окутывал её собой, и она прижималась всё сильнее и сильнее.
Соски давно напряглись, внизу живота тянуло. Рая охнула, когда Давид дотронулся до её складок. Провёл пальцами вверх-вниз, и она запоздало сообразила, что он размазывает её соки. Собирает и… пробует?!..
У Раи распахнулись глаза. Она неверяще смотрела, как Давид подносит к носу те пальцы, которыми только что её касался. А потом ниже… к своим губам.
Увидев её реакцию, он негромко рассмеялся и снова коснулся её там.
– Давай уже, иди ко мне.
Повалил её на спину, нависнув сверху. Большой, сильный, осторожный. Теперь она понимала – он бережет её. Сдерживает себя. Даёт ей возможность адаптироваться.
Почувствовать… Принять.
И она чувствовала. Принимала. Её изнутри точно подожгли. Нетерпение и потребность били по нервам, требовали немедленного удовлетворения, личного фейерверка. Рая потерялась…
Она тянулась к нему. Тоже трогала его. Распластала пальцы на его груди, желая изучить лучше. Для неё это оказалось важным. В прошлый раз не до изучения было.
Ей нравилось трогать его тело, сильное, крепкое, с приятной порослью тёмных волос. Она прошлась рукой по груди. Скользнула ниже. Даже успела коснуться паха.
Давид перехватил инициативу и, подавшись назад, встал на колени. Взял ногу Раи за лодыжку, задрал выше. Коснулся губами стопы. Рая машинально дёрнулась и тотчас натолкнулась на предупреждающий взгляд Давида. В его глазах не осталось и следа от шутливости.
Только страсть.
Только желание.
И потребность в ней. В Рае.
Горло перехватило невидимая рука.
Давид раскрывал Раю. И они оба это понимали.
Он перевёл взгляд вниз. Задержался… На его скулах заходили желваки, выдавая внутреннее напряжение.
И похоть…
У Раи закололо всё тело, даже кончики пальцев на ногах.
Вторую её ногу Давид тоже завёл на плечо.
– Смотри на меня, Оленёнок, давай же… Смелее. Ты ведь уже знаешь – не обижу…
Уже знает…
Да.
Рая раскрылась, впуская его. Сразу до конца. Охнула, подстраиваясь под его размеры.
Давид несколько раз провёл рукой по её ногам, успокаивая. И начал двигаться. Неспешно, но входя так глубоко, что Раю едва не подкидывало.
Какой же он... большой! Очень большой! Или поза такая?
Мысли плавились в мареве желания. Всё её естество стремилось к одному – к оргазму. Звуки влажных шлепков, приправленные терпкими запахами, наполнили комнату. И заполнили сознание Раи.
Жарко… Боже, как же жарко…
А сосредоточие жара там, где встречаются два тела.
Рая послушалась Давида и не смыкала глаз. Он тоже смотрел на неё, не отрываясь. И этот его взгляд стал решающим. Не в силах справиться с нарастающим давлением внутри, с тугой раскручивающейся спиралью, Рая попыталась вскинуть бёдра кверху. Их тотчас сжали, удерживая.
И она сдалась. Тихо застонала, кусая губы и царапая простынь. По телу Раи пронеслась волна и снесла её напрочь. Она на несколько бесконечно долгих секунд выпала из реальности, ещё не понимая до конца, что это происходит с ней.
Давид не прекратил двигаться. Наоборот, ускорился. И взгляда от её лица тоже не отвёл... И кончил, чуть сильнее сжав губы, с набухшими венами на висках.
Рая медленно приходила в себя. Охнула, когда Давид вышел из неё. Он снял презерватив, связал его и бросил на пол. После чего вытянулся рядом с ней.
– Иди сюда.
И она пошла.
Рая отчаянно нуждалась в близости. В тактильном контакте.
То, что произошло с ней минутой раньше, никак не вписывалось в картину её мира.
Даже когда она отдавалась ему, отрабатывая финансовое соглашение, было проще. Честно. Это сложно объяснить… Тогда всё было понятно, чётко. А сейчас… Она терялась.
Шахов не спешил говорить. Лежал, восстанавливая дыхание. Рая поборола желание заглянуть ему в лицо, посмотреть, прикрыл ли он глаза. Может, планирует подремать?..
Сколько они так пролежали – непонятно. Наконец Рая негромко сказала:
– Мне надо уйти.
Давид поменял положение, закинул руки за голову. На его лице не отразилось ни одной эмоции. Казалось, что он спокоен, расслаблен. Но почему-то она не сомневалась – это иллюзия.
– Дома ждут?
Он сразу понял причину.
– Не совсем. Я иногда по пятницам ночую у подруги. У Веры, с которой мы сидели в кафешке. Мне к ней надо.
Ответил он не сразу.
Она могла остаться у него. Они оба это понимали.
Но понимали и другое.