Он несколько раз размашисто прошёлся языком по её лону. Демонстративно. От того, что он с ней делал, у Раи распахнулись глаза. Она не могла реагировать адекватно. Вроде бы и понимала, что оральный секс – это норма, и всё равно… Внутри всё взорвалось. Тягучая тяжесть упала вниз живота, потянула за собой.
Давид снял с неё трусики. Она не сопротивлялась, лишь отметила, как предательски дрожат ноги. А дальше… Губы Давида опустились на клитор. Он дразнил его, сладко посасывал. Нежно трогал. И её всю там нежно трогал. Раз за разом. Он смаковал, иногда постанывая и поглядывая на неё. Рая то откидывала голову назад, не в силах выдержать изысканного удовольствия, то, наоборот, жадно, как одержимая, наблюдала за Давидом. Ловила его жесты, эмоции. Стонала. Громко, не стесняясь. Ей было сладко. И остро. Очень-очень.
В какой-то момент Давид присоединил пальцы. Тоже сначала осторожно. Сначала проводил языком, потом трогал пальцами. Проникал. Аккуратно. На всю длину. Рая откровенно хныкала, не в силах справиться с нарастающим удовольствием. Она больше не принадлежала себе. Её больше не было, она растворилась в небытие, отдала себя полностью Давиду. И тот пил её сладость снова и снова.
А потом резко выпрямился, порывистыми движениями, матерясь, не выбирая выражений, расстегнул ремень, вжикнул молнией и наполнил её. Сразу. Всю. Упёрся одним кулаком в стол, вторую руку за спину Раи завёл, вдавил в поясницу и потянул на себя. Ближе. Ещё ближе! Чтобы миллиметра между их телами не осталось.
Она, движимая страстью, вцепилась в его плечи. Не удержалась, повела рукой выше, запустила пальцы в волосы и тоже потянула на себя. Он был ей нужен! Его губы, его дыхание. Она целовала его… В эти секунды. Не понимая, отчего дуреет – от его присутствия рядом или от собственного вкуса на его губах. Гремучий коктейль, которому невозможно противостоять.
Давид толкнулся мощно, на полную длину. Рая ахнула, сильнее вжалась в него. Она ещё не научилась до конца принимать его, каждый раз подстраиваясь. Её плоть горела вместе с ней. Жалобно скрипнул стол, но никто из них двоих не обратил внимания. Здесь и сейчас существовали только они.
Рая пальцами ощущала, насколько крепки мышцы Давида, они воспринимались едва ли не каменными от напряжения. Получалось, он сдерживался? Брал её размашисто, сильно – и всё равно щадил. Снова…
Слёзы сорвались с глаз, она всхлипнула, и в это же мгновение сильнейший оргазм сотряс её тело, унося за черту на несколько секунд. Рая безвольно обмякла. И эти самые руки её подхватили, поддержали. Давид ещё ускорил темп, задыхаясь и что-то ей говоря. Крепко держа, вжимая в себя. Не выпуская. Ни на секунду. Рая, точно находясь в бреду, льнула к нему. Гладила. Ей жизненно необходимо было его трогать даже после жгучего оргазма.
За которым последовал ещё один. Она извивалась в мужских руках, не в силах справиться с обжигающей остротой.
– Боже…
– Ещё, Рая?.. – прорычал он.
– Да… ещё! Пожалуйста, ещё…
Он вышел внезапно, и горячая жидкость опалила живот. Рая безвольно рухнула на стол, не желая ни о чём думать.
Казалось, у неё дрожало всё. Она никак не могла прийти в себя. Не могла даже открыть глаза и взглянуть на этот мир.
На лицо Давида.
Он был рядом. Она чувствовала его присутствие. Она тонула в нём.
И всё же эмоциональная перезагрузка случилась.
Она слышала, как одевается Давид. Как он снова ругается.
– Рая, посмотри на меня, – потребовал мужчина, нависая.
Она не видела его фигуры. Просто знала.
Девушка устало мотнула головой.
– Ну и чёрт с тобой! – в сердцах воскликнул Давид, а потом не менее эмоционально добавил: – Ты спишь сегодня здесь! И попробуй только уйти.
После чего отошёл от неё.
А дальше раздался звук хлопнувшей двери.
Она спала, не услышала, как Давид вошёл.
Скорее, почувствовала.
И это смущало. Даже не смущало, а выворачивало душу наизнанку.
Рая не стала притворяться, что спит.
Она открыла глаза и села на кровати.
Давид был пьян. Она это сразу поняла.
Он включил прикроватное освещение и, смотря на Раю, начал методично раздеваться. Костюм его выглядел помятым, а ещё почему-то мокрым. Особенно штаны.
Он что – гулял по улице? Метель разыгралась не на шутку. Да и одежда его, обувь… Не для прогулок она.
Рая ничего не говорила. Не могла.
Давид тоже не спешил обозначать себя.
Снял рубашку, брюки. Боксёры оставил. После чего подошёл с той стороны, где сидела Рая, и встал рядом.
– Пустишь?
Рая невольно свела бёдра вместе. Что с ним произошло за те часы, что отсутствовал? Где он был? И почему пил?..
– Пущу, – выдохнула она, откидывая одеяло.
Сама хотела подвинуться, уступить ему своё место, но не успела.
Тяжёлое тело накрыло, крепко придавив и на мгновение перекрыв дыхание. Но Давид, видимо, понял, быстро взял себя в руки и перенёс тяжесть на локти.
Рая рассчитывала, что он скатится. Ляжет рядом и уснёт. У Давида были другие планы.