Она обещала стать его невестой, а потом просто исчезла.Ася… Девушка — загадка, самое светлое, что было в его жизни, и самое худшее, что могло с ним произойти.Он искал её долгие дни, отчаялся и научился жить без неё, уверяя: они, как земля и небо, как зима и лето — никогда не встретятся, не соприкоснутся.И как бы они не хотели, но… до новой встречи остались считанные секунды.Только готов ли он к этой встрече? Смогут ли они быть вместе, когда огромной волной вынесет скелеты, которые море так тщательно берегло…В тексте есть: сложные отношения, любовь и выбор, встреча спустяОграничение: 18+
Гордей
Я особо не разглядел её. Девушка оказалась за спиной прежде, чем я обратил на неё внимание. Лицо мелькнуло на секунду и спряталось за волосами. Замер, как вкопанный. В спину мне ткнулся зазевавшийся пассажир, извинился, двинул своим путем. Я все-таки обернулся — мешковатое пальто, длинные распущенные волосы… так сразу и не скажешь.
— Осади! — приказал я себе, подавляя желание догнать девушку ещё в зародыше.
Сто лет меня не посещала моя давняя подруга — паранойя. В свое время мы с ней почти сроднились, пока я не сказал себе — стоп. Хватит! Завязывай с этой херней, пока тебя не упекли за решетку. Тюрьмы или дурки, без разницы, любое заведение тогда годилось. Нахватался девок за руки, заглядывая им в лица. Иной раз мог гнаться на машине несколько километров, пока не догонял и убеждался — не она.
Незнакомка миновала раздвижные двери порта, подхватила за ручку свой чемодан, а я направился в зал прилета. Самолет уже сел, Милка, вероятно, ждёт багаж. Вообще-то она Милана и бесится, когда я её называю Милкой, пофигу, мне Милка больше нравится, как шоколадка. Только эта Милка не всегда сладкая, и клетки внутри полые.
Чемоданов оказалось два! Два гребаных чемодана и сумка через плечо! Она что, Эйфелеву башню по кускам распилила и упаковала в них? Милка трещала без умолку, долбя, отстукивали по плитке её шпильки. В голове противно гудело, кажется, в машине есть аспирин. Разве нельзя для перелета обуться как-нибудь поудобнее и не заливать себя всю с ног до головы духами? Впрочем, о чем это я, Милка даже в койку пару раз со шпильками ложилась. Убеждена, так она гораздо желаннее. Чушь, у мужика не на шпильки встает.
— Ты слышал, что я тебе сказала? — повторила она, определяя свою задницу в машину.
— Слышал.
— И что? — недоверчиво сузила Милка глаза, а я подумал: вот бы ресницы слиплись, как их только веки держат, с такой тяжестью. Хотя нет, тогда она станет визжать, как сумасшедшая, а я этого не вынесу. Я закинулся аспирином, запил таблетку водой и ответил:
— Ты привезла мне отличное бордо.
— Да, — улыбнулась она одними губами. Успокоилась, тест прошел. — Это что-то потрясающее и невероятное. А знаешь, что мне особенно понравилось? Этикетка. Утонченная, изящная, без лишней вычурности, тебе стоит взять этот пример на вооружение.
«И тебе стоит», — съязвил я мысленно. Последний пункт — два раза. Я попытался вспомнить, где я её подцепил и не смог. Удивительно, как надолго она возле меня задержалась. У Милки талант — без мыла в душу влезет, даже с матушкой умудрилась познакомиться. Раньше моим пассиям это было недозволительно и недостижимо. Я вдавил педаль газа — ехать с аэропорта без малого час, постараюсь управиться минут за сорок. Зачем мне только встретилась та девушка в порту, настроение псу под хвост. «А может дело не в девушке?» — спросил я себя. Может это ты, больной ублюдок, выдумал, что они похожи.
Да пошла она! Кажется, аспирин начинает действовать.
Лифт в Милкином доме не работал, мне пришлось переть чемоданы на третий этаж.
— Сделай мне кофе, — прошу с порога.
— Милый, давай сам, мне срочно нужно смыть с себя эту реактивную вонь.
— Это ты духи имеешь в виду? — брякнул ей, но она уже не слышала, напевая, скрылась за дверью ванной комнаты.
Я почти закемарил в кресле, когда она вышла в одном белье. Судя по тому, как прошлась, как вильнула бедрами и замерла напротив меня — новое, в Европе купила.
— Потрясающее, правда? — обхватила она руками обе груди, на секунду сжала их, и чуть спустила одну бретельку.
— Правда, — кивнул я и поднялся, заглядывая ей в глаза. Что я надеюсь в них прочесть? Я подошел так близко, что уже кроме зрачка ничего вокруг не замечал, в нем лишь отражался свет от лампы. Милка обдала меня горячим дыханием и, прикусив нижнюю губу, поцеловала:
— Я соскучилась. — Взялась за лацканы пиджака и стала пятиться к кровати, утягивая меня за собой.
Стянул только трусы, лифчик без надобности — времени нет. Я прикрыл глаза и представил Асю: хрупкую, юную, ещё мою. Такую, какой запомнилась. Захотелось быть с ней нежным и близким до крайности, погружаться в неё, сильнее прижимать к себе. Чувствовать её. Притянул теснее бедра, прижался к ней. Да, вот так. До самой глубины…
Милка всхлипнула и впилась в мои плечи когтями, спуская на грешную землю. Чертов извращенец. Я задвигался резче, стремительнее. В висках застучало, с ней было покончено. Милка откинулась, тяжело дыша — не удивлюсь, если симулировала — распласталась звездой по кровати, я отправился в душ.
— Разве мы не идем в ресторан? — удивилась подружка, когда я одевался, с намерением уйти.
— Разве я обещал?
— Я подумала, мы проведем вечер вместе, — капризно надула она губы.
— В следующий раз, мне нужно бежать, — чмокаю в щеку. — Созвонимся.
— Вино! — кричит она вдогонку. — Ты забыл вино!
