- Радость моя, - аккуратно начал он и почувствовал, как она при его словах замерла. Кажется, не только у него возникает ощущение подвоха на ласковых словах. - Скажи, пожалуйста, а у тебя отвергнутых ухажеров много? Может, это кто-то из них за тобой сталкерит и пытается разрушить твои отношения?
Ольшанская фыркнула, недвусмысленно выражая свою позицию к «отношениям», но Барсовецкий не проникся. Пусть думает, что хочет, но птичка уже попалась.
- А это не может быть тот самый тип, которого я приголубила возле клуба? - вместо ответа на его вопрос предположила Вика. - Мало ли, решил отомстить.
- Поверь мне, мстить он точно бы не стал, - невольно в голосе Лекса проскользнули угрожающие нотки. Вика невольно хихикнула:
- Ты что, закопал его?
Вот вредина!
- Почти, - уклончиво ответил Александр. - Поверь мне, он бы миллион раз подумал, прежде чем тебе вредить.
В этом он был уверен почти на сто процентов. Когда за дело брался его приятель адвокат, то жертва обычно мечтала лишь об одном - выбраться из цепких лапок юриста без потерь. На тот момент друг как раз отдыхал в клубе и с удовольствием помог разобраться с инцидентом. Гад, пристававший к Вике, ушел с четким сознанием того, что если он хотя бы попытается причинить вред девушке, ему впаяют такой срок за домогательство, что он вовек не отмоется. Благо в распоряжении Барсовецкого были все видеозаписи с клуба. Но он, конечно же, проверит Викино предположение. Ну так, на всякий случай.
- Какие мы таинственно-грозные, - почти нараспев произнесла девушка. - И что же мне с тобой таким делать?
- Холить, лелеять, горячо любить и не волновать? - в тон ей откликнулся Барсовецкий. Его брюнетистая зараза в ответ на это пренебрежительно фыркнула и поспешила попрощаться. Лекс в задумчивости посмотрел на ничего не выражающую стену.
- Хочешь, не хочешь, а любить и не волновать придется, - мрачно проговорил он, уже продумывая, что он сделает в ближайшее время. Скучно ему, конечно, не будет. Да он этого и не боялся. Но как выжить-то после подобных поступков? Вопрос, на который ему только предстояло узнать ответ.
Учебный день прошел без эксцессов. Ей даже чудом удалось хорошо ответить на семинаре. Впрочем, волшебство носило имя. Маргошка вчера буквально впихнула ей учебник, чтобы она хотя бы немного подготовилась к грядущему опросу. И хоть все было тихо и мирно, но Вику на протяжении всего дня не покидало ощущение. Что это все - только затишье перед бурей. Но с чем конкретно оно связано, она даже не подозревала.
Больше никаких подарков ей не приходило. И это Ольшанскую, несомненно, радовало. Слежки за собой Вика тоже не заметила. На телефон и в соцсетях гневные сообщения почти не приходили. Так, появились только парочка фанаток, которая она без труда смогла отбрить. Да уж, нелегко быть девушкой рок-музыканта. Пусть даже и подставной.
Игорь тоже не задавал никаких вопросов. Только хитро на нее поглядывал, словно он знал что-то, чего она сама пока не поняла. На его многозначительные взгляды Вика тоже махнула рукой. И приняла решение просто плыть по течению.
Вот только этому самому решению она перестала следовать уже пять минут спустя. На одной из лавочек возле «взлетки» с важным видом расположился Александр Барсовецкий своей величественной персоной. При виде Ольшанской он соизволил подняться и радостно оскалился. И что-то было в его взгляде такое, что Вика застыла на месте от нехорошего предчувствия.
Но Барсовецкий птица хоть и гордая, но не ленивая. Он сам к ней подошел и остановился буквально в шаге от нее.
- И что ты тут делаешь? - не растрачивая время на приветствия, прошипела она, понимая, что и возле универа они могут привлечь внимания. С одной стороны, это правильно. А с другой, ей чертовски бы этого не хотелось.
- Забираю тебя, - просто ответил он.
И голос его звучал так уверенно, что Вика невольно разозлилась. Она уже давно заметила, что когда этот конкретный тип общается с ней так, она начинает невольно звереть. Возможно потому, что в итоге раз за разом проигрывала ему.
- Что значит забираешь? - прищурилась Ольшанская. - Я что, вещь, что ли? Мог бы хотя бы сказать, что встречаешь. Не так стремно бы прозвучало.
- Не мог, - пожал плечами Саша. - Потому что я тебя не встречаю. Я тебя именно забираю.
И столько спокойствия было в его голосе, словно он предлагал ей заранее смириться с любым его поступком. Что бы он сейчас не натворил. И Вика печенкой, пятой точкой, левой пяткой - всеми органами тела - ощущала, что задуманное им ей не понравится от слова «совсем».
- Что значит - ты меня забираешь? - Виктория отступила на шаг, раздумывая, есть ли смысл сбежать от него и скрыться в университете. Или это совсем дохлый номер?
- Все просто, - Лекс обезоруживающе улыбнулся, и девушка на мгновенье зависла - хорош все-таки, скотина. Хотя и вредный, и излишне самоуверенный, и вообще та еще зараза. - Я тебя вчера предупреждал?
