Нет, нет, нет! Быстро ткнула на кнопку с красной трубкой, а после зажала большую для выключения. Неприятный звук отключения пришелся как раз в ту секунду, когда дверь открылась. Юля быстро бросила телефон в сумку и дернула замок, а сама нырнула рукой в карман висящей рядом кожанки. Кожанки Дениса.
Черт, зачем??
Сердце билось как оголтелое, когда сзади раздалось:
– Ты что там ищешь?
Что там говорил Денис о том, что Юля плохая актриса? Великолепная! Потому что, когда она обернулась, на лице не было ровным счетом никаких эмоций, разве что кроме расширенных зрачков.
– Сигареты, – выдала, словно так и было.
– Считаешь это нормально рыться по моим карманам? – Денис вошел, захлопнув за собой дверь.
В прихожей было темно, свет ведь она не включила, пока бежала сюда из кухни, но рассмотреть острые мужские черты лица не составило проблемы. Мужчина стоял в каком-то шаге от нее.
– Ты был занят, а я хотела выйти на террасу покурить.
– И поэтому полезла по моим карманам?
– А тебе есть что прятать? – вздернула бровь Юля.
Конечно, она понимала, что поступила опрометчиво, ведь можно было просто оставить руку в своей сумке и сделать вид, что ищет там что-то, но почему-то в тот конкретный момент поступила именно так.
– Не отвечай вопросом на вопрос, – ответил Денис. – У тебя своих нет?
– Нет.
– Ты ехала на неопределенный срок и не запаслась сигаретами?
Какой же он дотошный! Прямо допрос ей устроил из-за каких-то сигарет.
– Последнее, о чем я думала, были сигареты, – фыркнула Романова, – я всё еще жду.
Вскинула подбородок, продолжая делать вид, что ее просто все раздражает, а сама ощутила, как сердце выскакивает из груди. Хоть бы он не надумал теперь в ее сумку полезть! Нужно телефон куда-то спрятать, пока не поздно.
– Сигарет у меня нет, – категорично отрезал Денис, заставляя Юлю недоверчиво покоситься на его же куртку, а потом демонстративно вытащить оттуда пачку, которую успела нащупать.
– А это что?
– Это для меня. А для тебя нет.
– Я плачу тебе за эти сигареты, так что имею на них полное право.
Собралась обойти ненавистного нахала, но не тут-то было.
Денис не привык, чтобы с ним так разговаривали. Он не позволял никому опускать себя, и уж тем более не даст такого шанса этой характерной стерве, возомнившей себя лучше всех и вся. Шагнул влево, преграждая ей путь на улицу, а когда янтарные глаза взметнулись, почувствовал, как его подбросило от злости.
– Какие твои проблемы, Юля?
Голос прозвучал так тихо, что будь кто-то рядом, не расслышал бы, но только не Юля. Она напряглась вся, наблюдая за тем, как Денис делает к ней шаг, сокращая между ними и так почти несуществующее расстояние. Бескомпромиссно вторгается в ее личное пространство.
– Я уже говорила – ты!
Отвечает прямо ему в лицо, отшагивая назад. Но Денис делает очередной шаг в ее направлении, вынуждая шагнуть еще раз спиной. Вот только пространства для действий здесь нет, поэтому Юля сразу же натыкается на стену. Дальше идти некуда. А Денис будто не видит этого – напирает, пока его футболка не касается ее груди. Сначала футболка, а потом и его тело.
В горле тут же пересыхает, будто всю жидкость махом испарили.
– С чего вдруг?
Ей показалось, или голос телохранителя стал ниже? Каким-то мягко-бархатным, опоясывающим. Будто он решил так же, как и она, поменять манеру поведения и теперь вместо злости действует совсем иначе.
– У меня нет причин испытывать к тебе симпатию, – произнесла Юля, крепко впиваясь пальцами в пачку.
Хруст картона показался аномально громким на фоне их тихих голосов и частого дыхания. Юлиного. Потому что Денис дышал нормально.
– В клубе тогда так не казалось, – произнес, а потом вдруг тронул ее подбородок, приподнимая лицо еще выше.
Оказывается, ее взгляд съехал на его грудную клетку, а девушка и не заметила. Сглотнула, встретившись с карими глазами. Темнота в прихожей уже не казалась такой непроглядной. Юля видела все – и идеальные мужские губы, и небольшую родинку около носа, и ресницы пушистые. И даже то, как расширились зрачки Дениса, когда он опустил глаза на свою же руку, касающуюся ее подбородка.
От ощущения шероховатой кожи на своем лице у Юли внутри зашелестело все. Будто волна по сухому песку прошлась, смачивая его, так и у нее волной покатилось вниз желание. Прямо от подбородка. По шее, ключицам, груди. Соски затвердели. Денис ненамеренно пошевелился, тем самым вызывая в них саднящие ощущения. Захотелось оттолкнуть наглеца, но Юлю словно парализовало.
Она никогда не испытывала такого. Даже от порнофильмов, которые в начале семейных отношений с Германом иногда посматривала, чтобы хоть как-то для себя уменьшить неприятные ощущения от секса с мужем.
– В клубе мы просто танцевали, – еле выдавила из себя, сражаясь с крошечными иголками по всему телу, которые кололи каждый внутренний орган и будто впрыскивали в нее сладкий яд. – Или ты думаешь, ты единственный, с кем я позволяю себе танцевать?
