Без слов и ненужных приветствий впился в мягкие губы своими. Дьявол, даааа! Вот она, наконец с ним! Не в руках старого мудака, тянущего к ней свои липкие губы, а с Денисом. Жадно обнимает его руками и отчаянно целует в ответ. Льнет к нему, жмется, а у Дэна искры из глаз. Ненависть, чёрная ревность. Он не идиот, знает, что Романов помешан на Юле и явно захотел бы близости, а у Дениса от одной только картины Юли с ним внутренности дробятся. Целый день искал её, что вчера что сегодня, а вечером не выдержал. Подумал, что после встречи Романов полезет к ней и сам не понял, как снотворное ему подсыпал. Осторожно. Совсем небольшую дозу, чтобы срубило не сразу. Да и не обычное это снотворное. Специальный порошок, который ему Ксюха подогнала на случай если нужно будет кого-то усыпить и не вызвать подозрений. Особый какой-то, действующее вещество которого очень сложно обнаружить в крови.
– Я с ума сходила, – пылко прошептала Юля, обхватывая лицо Дениса холодными ладонями.
Он перехватил их и прижался губами сначала к одной, потом к другой. Его девочка. Только его. Если надо будет он хрена этого каждый вечер травить станет и подсыпать другие яды лишь бы он её не трогал.
– Зачем ты так рисковал? – Юля выдохнула, а сама глазами скользит по лицу освещаемому месяцем из окна.
Мужские черты заострены, скулы выпирают.
– Не отдам ему тебя больше, – опалил горячим дыханием Денис, пожирая её необузданным взглядом. Провел большим пальцем по алым губам, подбородку. Юля задрожала, – не тронет тебя. – Добавил сквозь зубы и Юля поняла насколько ему сложно.
Также как и ей. Только он не знает ещё, что Герман уже тронул. С самого утра вчера.
От одного воспоминания горечь и чувство вины перед любимым придавили к земле. Не сдержалась и потянулась к нему в поисках требовательных губ. Пусть поцелует. Сотрёт это отвратительное ощущение из памяти.
А Денис и сам как будто с тормозов слетел. Внутренности вскипели, его разрывало на части.
Сгреб Юлю в объятия, накрыл губы, проталкиваясь языком во влажный рот. Руки сжали стройную талию. Услышал, как Юля простонала и у него пробки все повыбивало. От кожи ее бархатной, вкуса неповторимого. Приподнял под ягодицы, упер спиной в стену, а губы в шею вжал. Заскользил к плечу, пьянея и дурея ещё сильнее. Он изголодался по ней как дикий зверь. Обезумел совсем.
Юля и сама не могла больше ждать. Ей нужно было почувствовать ее мужчину в себе. На себе. Слиться бы с ним в одно целое, чтобы никто и никогда не отлепил.
Выгнула шею, когда он поцеловал ее снова. Подрагивающими пальцами рубашку расстегнула, ныряя под ткань ладонями и высекая электричество от соприкосновения с горячей кожей.
– Хочу тебя, – проговорила надсадно как раз когда Дэн расстегивал ширинку.
– Сейчас, – жарко ответил мужчина, задирая подол длинного платья до самой талии.
Сдвинул полоску трусиков в сторону и закрыл рот Юле поцелуем, потому что в тот момент, когда его член вошёл в неё, девушка протяжно застонала.
Вцепилась пальцами в твёрдые плечи, переместила руку на мужской затылок. Юля задыхалась. От мощных толчков внутри ее тела, от жёстких поцелуев, терзающих ее рот, от ни с чем несравнимого возбуждения, иголками пронзающего каждую клетку.
– Боже, – сорвалось с губ, когда Денис отлепил девушку от стены и удерживая на весу начал ритмичными и глубокими толчками прошивать не принадлежащее ей тело.
Откинула назад голову. Волосы непослушной копной взмывали и опадали, хотелось орать от острых ощущений, и Юля сама не поняла, что вскрикнула на самом деле.
Денис тут же снова упер ее спиной в стену, одной рукой удерживая за талию, а ладонь второй прижал к губам. Юлю затрясло. Его член снова и снова таранил её, заставляя сжиматься от неконтролируемых судорог удовольствия. Юля ногти сломала, когда на очередном толчке, скрутившем ее в пружину яркого удовольствия, впилась ими в твёрдую спину.
Денис кончил сразу же после нее. Струя его удовольствия бурно ударила внутрь влажного лона. Пока он изливался, тяжело дыша и до хруста сжимая девушку, она не могла успокоить собственное сердцебиение. Казалось сердце с ума сошло от счастья быть снова живой.
Уткнулась носом во взмокшую широкую шею и вдохнула запах их порочного единения. Если бы можно было она бы вот так и осталась. Здесь, в этой тёмной комнатушке вместе с Денисом.
Захват на талии слегка ослаб, а потом Денис все ещё тяжело дыша посмотрел наконец на Юлю. Из взгляда исчезла ненависть, но он все ещё оставался напряжённым и пронзительным.
– Спасибо, – прошептала Романова, прекрасно зная, что любимый и сам поймёт за что.
Он подарил ей эти короткие минуты жизни.
– Чувствую себя ничтожеством, – прозвучало в ответ таким тоном, что у Юли за ребрами кольнуло.
Отрицательно мотнула головой.
– Это не так.
Ещё как «так». Воровать любимую женщину у другого… это ничтожно! Юлей обладать хочется круглосуточно, не отпускать от себя ни на минуту, а они воруют эти крупицы времени у ее гребанного мужа.
Блядь, невыносимо!
Внутри всё жгутом скрутило.
