Пять циклов длилась фаза: пять появлений зеркал. С каждым разом их становилось всё больше, а времени на нахождение нужных глаз не прибавлялось. Цю Фэн так ни разу и не ошиблись. Не показали наглядно для рисовальщицы, чем чревата промашка. Но та на них совсем не обиделась.
Зеркала с оглушающим дребезгом лопаются. Во все стороны летят осколки. И… не наносят урона при соприкосновении с игроком.
«Саечка за испуг», — неловко поднялась с пола Хэйт.
Туда она рухнула при виде летящего веера из заостренных снарядов. Понизу осколков летело меньше всего, и логичнее было подставиться под них.
В форумном видео этого момента вроде бы и не было. Вырезали при монтаже?
«Чтобы поглумиться над неофитами», — предположила глава Ненависти.
Цю Фэн отреагировали на зрелищный взрыв, будто это просто ребенок уронил стакан. А вот она… Впрочем, вышколенные китайцы даже взгляда косого в ее сторону себе не позволили. Как бы глумилась на их месте Барби, лучше не воображать.
— Моя ошибка, — сказал куда-то в сторону мастер духов. — Не учел. Перерыв до второй фазы — две минуты. Так будет после каждого этапа. Лидер Хэйт, область у входа более не безопасна. Пожалуйста, держитесь ближе к Дэну.
Указующий жест в сторону воина света.
— Разминочная фаза завершена, — продолжил вещать Ли Хао. — Вторая немного сложнее. Но менее хаотична. Задача: не дать фонарям доплыть до берега. Осложнено появлением больших глаз на стенах. Видим глаз — встаем так, чтобы закрыть ему вид на реку. Если не успеть за три секунды, глаз выпустит луч и ускорит все плывущие фонарики. Предельно внимательно!
— Да!
Художница поймала себя на том, что чуть тоже не брякнула: «Да».
А затем через зал потекла река. Узкий дальний край овала превратился в водопад, где вместо воды — бледно светящаяся хмарь. Тот туман, что раньше жался к стенам. Теперь же стены оголились, и чуть подсвеченная муть клубящимся потоком заструилась от края до края подземелья.
То, что нес туманный поток, сложно назвать фонарями. Разве что очень странными: на плоском черном блюде установлен шар. Внутри — расплавленное золото круглого глаза без век и чернильный мазок зрачка. Их таких в мареве множество. Река из дымки несет новые и новые фонарики.
И вот их уже мало просто ударить: каждый глаз-фонарь имеет шкалу здоровья. Сто тысяч ровно на каждое око.
Фонари не дают отпора, но хмарь накладывает доты. С бесконечным циклом обновления. Чем дольше ты стоишь в тумане, тем сильнее тебя «разъедает» недружелюбная окружающая среда. Жрица света только и делает, что снимает дланью дебаффы.
Скользит по листу перо, дар Сумасшедшего Стеклодува. Хэйт тянет бросить все эти бумаги и помочь светлой «старшей сестре». Но звучит, веско и четко, в ушах наставление мудрого гнома. Когда она пришла за советом, как ей научиться одушевлять предметы, точнее, собственноручно созданные картины, стеклодув хитро прищурился. «Взгляд истины. Лишь полностью прозрев, ты, возможно, сумеешь найти свой путь».
И дал еще один совет, не менее дельный. «На схожестях и простоте взгляд истины не развить. Ищи новое, ищи особенное, ищи то, что превыше твоих сил. И тогда шоры с твоих глаз спадут быстрее». Хэйт удивлялась, почему при таком количестве работ уровень достижения не повышается? Застыл на третьей ступеньке и всё тут. Даже после «Верности» не случилось прорыва.
Если данж-босс не есть нечто особенное, еще и ощутимо превышающее силы художницы, то что тогда? Значит, больше внимания к изображению. Ей не разделить с Осенним ветром урон и боевой экстаз, но в ее власти это всё отобразить.
То, как хохочет берсерк, стоя по пояс в клубящемся потоке. Здоровья — в окне группы видно — меньше четверти. Дрын взмывает и падает, бьет фонари, точно елочные игрушки из тонкого стекла.
То, как напряжен лоб лекаря: держать на этой грани татуированного самоубийцу, не дать ему сгинуть в тумане, нелегкая задача.
Как водит руками мастер духов, и тени встают преградами на пути фонарей. Как раскрывается золотой глаз на стене… И бешеный рывок кастетчика, чтобы глаз не глядел на «воду». Успеет ли? Стена «прозрела» неудачно, далековато.
Хэйт болеет за успех каждого из них. Пусть это и не ее команда, а временные попутчики. Но сопереживание в каждом штрихе, в каждой черточке — искреннее.
«Пусть они справятся», — звучит фоном в ее разуме неустанно. — «Пусть они справятся».
Прода 03.11.2024
Пару минут все идет нормально. Лучник и «тряпки» вносят свою лепту в прохождение этапа из безопасной зоны. Туман накидывает дот только тем, кто в него вошел. Паладин и полуорк с кастетами носятся вдоль стен, перекрывая собой глаза. Больше всего урона вливает в «блюдца с шарами» амбал с дрыном. Хэйт, как закончила эскиз с рекой и фонариками, перешла на помощь с очищением от дотов.
Глаз на том берегу появился слишком далеко от кастетчика. Рывки он потратил до этого, на другие очи. Зеленоватый китаец весь — движение и скорость, но этого недостаточно.
«Луч солнца золотого[1]…» — звучит в голове Хэйт что-то из далекого светлого детства.
