Факелы попадали вместе с кусками стен. Чаши разбились и эликсиры вспыхнули, подгоняя пламя. Струйки голубого, зеленого и красного огня бежали друг за другом захватывая все новые места и вот уже сквозь дым и всполохи было трудно различить даже стены.
— Гур! — взвизгнул мальчуган и кинулся к своему побратиму.
«И откуда только силы взялись» — фыркнул Конрад.
Эрик подбежал к лежащему на полу Гуру и принялся тормошить его.
— Гур, Гур очнись!
Тот не шевелился.
— Он мертв? — Эрик в отчаянии посмотрел на Конрада.
— Нет. — буркнул Конрад. — Дышит вон. Давай, хватай его с другой стороны, убираться отсюда надо.
Они подхватили его за руки — Эрик яростно хромая и сопя, и потащили к выходу.
Как они выбрались — непонятно. По крайней мере Конрад думал, что им крышка. После того как с потолка начали падать целые куски валунов и камней он успел попрощаться с короткой и дерьмовой своей жизнью.
Но какой-то светлый дух уберег их.
И вот они втроем, хрипя и кашляя повалились на пустыре у останков замка мор.
На многие мили вокруг здесь было выжженное поле. И как они доберутся до ближайших селений — без еды и воды, было открытым вопросом.
— Лея… — пробормотал Гур, как только пришел в себя. — Лея…
— Что? — встрепенулся Эрик. — Что такое лея?
— Лея… — простонал Гур снова и закрыл лицо руками.
— Да заткнись ты! — рявкнул Конрад.
Нашел время страдать по девушке.
Ему тоже больно, и не меньше, но он же не рыдает тут.
Хотя у него причин для слез больше.
Дед мертв, отец пропал — скорее всего тоже мертв. Он один остался. И ему теперь возрождать свой дом. А как это сделать без Крисстла?
Вот если б Каталея была с ним, стала бы его женой — Алая роза расцвела бы так как никогда прежде. Но теперь…
— Лорд Крисстл, я к вам по делу.
Александр принял его в Источнике.
Этот заброшенный замок, обретший хозяина ожил. Темные пустоты рассеялись. Их заполнил надежда — надежда на скорое воссоединение семьи и возрождение рода. Конрад с нескрываемой завистью смотрел на дом Крисстлов, мечтая что когда-нибудь и Алая роза станет такой — уютной, цветущей.
Лорд Александр Крисстл изменился. Вместо пыльного, оборванного странника перед Конрадом сейчас был глава дома. Сильный, властный. В костюме с родовым гербом. Гладко выбритый, поджарый. Глаза, которые унаследовала и Лея, смотрели прямо и жестко.
— Я слушаю, лорд Агнус.
— Отдайте мне вашу дочь, Каталею. Обещаю оберегать ее и заботиться. До конца своих дней.
Похоже лорд Крисстл ждал чего-то подобного, так как не выказал удивления. Но и поощрительного кивка Конрад не дождался. Вместо него Александр мягко, но уверенно ответил:
— Не могу.
Конрад побагровел. Ему ли объяснять что значат родовые узы и к чему может привести отказ лордов от своих обязанностей?
— Нас не помолвили в детстве только потому, что никто не догадывался о существовании Каталеи. Но если бы мой отец был жив, и если бы вы привели в дом жену — я и Каталея …
— Слишком много «если» Конрад.
— Что?
Александр посмотрел на него и как-то по доброму блеснули его глаза. Это Конраду не понравилось. Ему не нужна доброта, и жалость тоже.
— Слишком много всего пошло не по плану наших предков, Конрад. Попытаться вернуться сейчас на столетия назад — правильно ли это? Может спасение нашего мира будет в сноровке, которую мы проявим привыкая к новым условиям?
Конрад нетерпеливо дернулся, но Александр жестом остановил его.
— Наши дома много поколений создавали союзы дружбы и любви. И это было хорошо. Но не спасло нас от разорения. Ты — единственный наследник Агнуса. Я — только чудом нашел свою дочь и жену. Возможно надо пойти другим путем?
— Каким? Создавать союзы с предателями? В этом спасение?
— Я думаю — спасение в любви.
— Поэтому вы отдадите свою дочь Ногарду? — гнул свое Конрад, упершись в подлокотники.
— Мы зациклились на себе Конрад, а нужно нам следовать зову сердца, даже если оно ведет за пределы привычных традиций и правил. Я не буду мешать Каталее и Фул де Гуру, если они любят друг друга.
— С чего вы взяли что Каталея любит этого идиота? Она откликнулась на меня.
— Если бы она не любила его больше жизни, то ее кровь не превратилась бы в «живую воду», которая может подействовать только на него.
Конрад поднялся.
Не такого итога он хотел и трудно ему было сдержать сейчас обиду.
Александр тоже встал с кресла и посмотрев на него вздохнул:
— Мы с твоим отцом были побратимами, Конрад. Я всегда окажу тебе помощь, ты знаешь. Но сейчас все, что я могу сделать это дать совет — не иди за гневом и местью, это дорога в никуда.
Конрад вышел из кабинета и пошел вдоль длинного коридора с портретами Крисстлов.
В его замке тоже есть подобная аллея предков. Только вот не с картинами. Изваяния многих поколений Агнусов вырезаны прямо в вулканическом камне. В этом и кроется главное отличие Вулканов от всех остальных лордов. Стремительные и легкие Штормы с Ногардами заточены на перемены. Агнусы — постоянны и непреклонны как земля, как горы.
Конрад вышагивал по коридору и его шаги тяжело стучали по полу, гулко отзываясь эхом.
