Стать ангелом завесы – ответственное дело, на которое мне стало все равно, в тот момент, когда поняла, что отцу от этого ни жарко, ни холодно. И вот теперь я стою перед ним на очередной разговор. Я еще не знаю темы, но кажется, будто старый сценарий повторяется. Как по заезженной пластинке пойдет одна и та же песня.
Ну демон я, ну не могу себя контролировать. Это в моем характере! Да, я до смерти ненавижу Рай и всех чистокровных ангелов за их слишком правильные поступки. Ненавижу, что нас заставляют погибать «во имя высших целей!». Каких еще высших? Чтобы понять, кто в Раю прав, а кто – нет? Кто достоин тут жить, а кто – нет? Что дети лишаются матерей и отцов только потому, что их заставили защищать Рай?
В Аду все во сто раз проще.
– Хотел, – кивнул отец и развернулся в сторону выхода. – Пойдем в сад, – пригласил он и открыл дверь.
Я послушно пошла следом, но напряглась – с чего бы ему вести воспитательные беседы в фамильном саду? Я не хотела, чтобы это место слышало ругань. Только не там, где посажены черные розы рядом с белым кустом матери.
– Слушай, пап, если тебе Судьи что-то наговорили, то давай хоть не в фамильном саду выяснять отношения, – попросила я, беря его за руку и останавливая.
– Мне никто ничего не говорил. Я просто хочу тебе кое-что рассказать, – спокойно проговорил отец, опуская взгляд на пальцы, что крепко схватили его запястье.
Какое-то время я не разжимала их, хотела глянуть – взбесится ли Михаил или продолжит ждать. И он ждал. Ждал, терпеливо, без нервов или злых мыслей. Так рыбаки ждут, пока на удочку клюнет рыба. В смятении, я убрала руку, и мы продолжили путь в сад.
Зайдя внутрь, мы пошли по тропинке мимо всех когда-либо посаженных кустов. Какие-то совсем разрослись и уже уходили по летающей сетке вверх, дабы не мешать другим расти, какие-то только разрастались. А были и такие, как наши с сёстрами, которые просто красиво цвели рядом с матерью.
Мы шли от самых старых цветов к молодым. Наконец, остановившись возле черных роз, мой отец спокойно, в пол голоса, спросил:
– Скажи, Кейт, пока мы сюда шли, ты видела хоть один черный кустарник?
– Нет, – ответила осторожно я, действительно не понимая, к чему был затеян весь этот разговор.
