— Почему у всех наших друзей родители знают, что они летают по разным мирам, а мы своим даже рассказать ничего не можем? — досадовал Денис — Знали бы они, где мы были!
— И волновались бы за вас ещё больше, — заверила его Пламения.
— Это точно, — согласилась с ней Лида — Мы ведь могли вообще не вернуться.
— Интересно, а что теперь будет с «Месектетом»? — вдруг подумалось мальчику — Он так и останется там болтаться на небосводе, разделяющем сферы Салации и Цилата? Или его разберут на запчасти жители этих миров?
— А представь, — вдруг рассмеялась Лида — Они ещё за этот металлолом с соседями подерутся!
— Там на всех хватит, — успокоил её Денис — Уж, поделятся как-нибудь.
Но разрушенное гелионское судно не интересовало салациан. Они понимали, что у этого корабля есть хозяева, и нисколько на него не претендовали. Падение в море Цилата тоже ему не грозило. Шлейф инертного газа, тянувшийся из его дозаправщика, отсвечивал ярким конусом в лучах солнца, снизу проходивших сквозь воды и своды. Это делало «Месектет» похожим теперь больше на комету, чем на корабль, и если бы его удалось рассмотреть с Земли, никто не понял бы, чем он является на самом деле.
Как ребята и ожидали, от родителей им обоим досталось этим же утром. Первым под удар попал, конечно, Денис, за которым его опекуны вместе приехали с самого утра к Полине Андреевне.
— Да есть ли у тебя совесть, бесстыдник? — кричала на него тётя — Напроситься в гости к девочке, ещё и заночевать у неё, не спросив, ни нас, ни её маму!
— Выходные проведёшь дома, — поддержал супругу дядя мальчика — И так хорошо нагулялся!
— И никакого телевизора, — добавила та — Никаких гостей, и звонков! Ты понял меня?
— Вы правы, я заслужил это, — согласился Денис, и про себя подумал — «После такой-то недели, пара спокойных дней дома, это не наказание, а награда!»
Лида сама вернулась домой с первым утренним автобусом, в дороге на сто раз продумав в деталях предстоящий разговор с мамой. Но та всё равно закатила скандал, стоило девочке лишь скрипнуть калиткой дома.
— То есть, это ты меня так наказать решила?! — злилась она, услышав от дочери объяснение — Тебе у меня на нервах поиграть захотелось, да? За то, что один раз тебе не разрешила пойти к подружке?! Вот уж, не думала, что ты способна так со мной поступить! Что ты хотела этим доказать? Что в тебе совсем нет никакой жалости к родной матери?
Лида молчала, опустив глаза в пол, чтобы не распалять маму ещё сильнее своими ответами.
«Покричит и успокоится» — мысленно утешала она себя — «Не моя вина, что в других мирах время тоже идёт по-другому! Когда мы летали на Форцеану и на Паштар, большой разницы не заметили…»
— Значит, так! — вынесла свой вердикт мама — Сегодня, со школы сразу домой. И попробуй, принеси хоть одну плохую оценку! А с завтрашнего утра, ты у меня все выходные будешь расчищать огород и листву жечь на участке. Пока всё до листочка не уберёшь, я тебя, ни в дом не впущу, ни со двора не выпущу. Ты мне ещё все грядки вскроешь, и не важно, зной будет, или гроза. Да хоть град тебя бей, мне без разницы. Как ты меня не жалеешь, так и я тебя жалеть не стану, помяни моё слово.
— Да рано ещё грядки вскрывать, — сказала Лида.
— Ты мне поговори, поговори! — пресекла её мать — Теплицу всю у меня перекопаешь!
«Может, мне тоже надо было попросить убежища в сфере Салации?» — про себя усмехнулась Лида, но спорить не видела смысла.
Спать ей совсем не хотелось, ведь по её ощущениям, сейчас было около десяти часов вечера. И всё же, она заставила себя немного вздремнуть перед школой, ведь все уроки на сегодня были сделаны, а впереди предстоял весь учебный день. Денис, которому чтобы уснуть, достаточно было закрыть глаза в любое время суток и в любом положении тела, уже давно сопел у себя в комнате, за столом, где ему было велено повторять задания по устным предметам. А вот Ане с Паронием было совсем не до сна. Вместе с Кафией, они пытались починить «Эннэвию», методом проб и ошибок, которым давно уже потеряли счёт.
— Спасибо, что не забыл забрать её с борта «Митры», — улыбнулась мальчику Аня — Нельзя было допустить, чтобы хоть один наш корабль оказался на Гелионе, да ещё и в разобранном виде.
— Знаешь, он так сложно устроен, что даже попади он в руки вашим врагам, они бы не разобрались, что к чему, — рассмеялся тот, и показал на прозрачный крючок внутри уменьшенного корабля — Вот это, например, что за камень?
— А, это для саморасщепления, — пояснила девочка — Потянешь, и «Эннэвия» станет горстью песка. Мы применяем это, как раз, чтобы сбитые корабли вашим не доставались. Пилотам, конечно, ничего не стоит тогда из них выбраться, просто обратившись в такую же песчаную массу. Даже если это в полёте произойдёт, нам же нет разницы. Ну, упадём песком с неба, или в космосе подрейфуем, пока кто-нибудь нас там не подберёт. Воздух-то, нам не нужен, как и вода, и пища.
— Почему же тогда вы живые организмы, если у вас нет обмена веществ? — не понимала Кафия.
