Какой только железный хлам – не впаривали союзнички доверчивым лохам из русского военного ведомства и, причём – за их же денежки!
Из всего этого «богатства», плюс из собственных отбракованных «расшлёпанных» трёхлинеек Мосина – уцелевшие тульские конструкторы-оружейники срочно принялись изготавливать охотничьи гладкоствольные ружья. В принципе идея не нова: ещё задолго до революции, после снятия с производства 4-ёх линейной «Берданы», эту винтовку ждала такая же судьба – отчего и охотничьи ружья в целом, стали называть «берданками».
Охотничьи же переделки из трёхлинейки и её забугорных аналогов, на Руси стали называть «фроловками» – по имени руководителя группы тульских оружейников.
В винтовках рассверливали ствол и патронник – до чаще всего 32-го калибра, переделывали ствольную коробку и личинку затвора, заменяли прицел и мушку. Иногда подогнав под охотничий патрон сохраняли магазин, но чаще всего по экономическим причинам «фроловки» были однозарядными. Такие ружья были по-военному надёжны и прочны и, самое главное – вполне доступны по цене рядовому российскому покупателю.
Фролов Пётр Николаевич, с которым я познакомился, вовсе не был новичком в конструировании оружия – хотя имя его, незаслуженно затерялось где-то в самом низу списка его более успешных коллег. Проработав на «ТОЗе» без малого полвека, он участвовал практически во всех конструкторско-производственных делах завода[33] и даже сам в конце 19 века разработал винтовку под патрон с кольцевым воспламенением… Под вид широко известной советской «мелкашки» – если кто не понял.
Мы с ним с ходу «сошлись характерами» – такой же «заклёпочник» как и я, поговорили вдосталь и хотя Пётр Николаевич – выразил некоторые сомнения в востребованности такого вида оружия, всё же согласился переделать одну из выбранных мной систем винтовок в «охранно-охотничий» вариант.
– Но из-за нарезного ствола, – сразу предупредил, – Вам это обойдётся намного дороже.
Рисунок 23. Конструктор-оружейник Фролов Пётр Николаевич.
– Сколько стоит обычное передельное ружьё?
– Порядка десяти рублей.
– За первый – «пробный» экземпляр плачу заводу триста рублей, за предсерийную партию в тридцать карабинов – по сто пятьдесят. Причём, готов авансировать в размере одной трети от общей суммы… А там, в случае успешности и по мере востребованности – пусть цену определит рынок.
Можно было бы поторговаться, но мой принцип – талант должен быть вознаграждён.
А во Фролове талант чувствовался!
Не подав вида, что удивлён или обрадован моей щедростью и, даже не поинтересовавшись источником «финансирования» – тот сказал, видимо по виду считая меня совсем «зелёным»:
– Определённо вполне приемлемые условия, чтоб как можно скорее начать работать над вашим заказом. Стоимость же – напрямую завит от массовости производства: чем больше заказ – тем меньше цена отдельного образца.
Тут у меня разыгрался аппетит. Примерно прикинув собственную потребность, я уточнил:
– Хотя сотню-другую карабинов я всё же у вас закажу… Скажем – рублей эдак, по пятьдесят за штуку.
– Хорошо! Теперь пройдёмте со мной в заводской склад и там выберем модель.
– Только не нашу «трёхлинейку», – сразу предупредил я, – у меня от этого «стреляющего копья» аллергия!
Перебрав с десяток систем, я выбрал винтовку со «скобой Генри» для перезарядки американской компании «Winchester Model 1895» под русский патрон 7,62х54 мм R. Таких было ввезено в Россию порядка двухсот с чем-то тысяч экземпляров и, в случае если оружием для силовых структур заинтересуются «в верхах» – проблем с «сырьём» не будет.
Рисунок 24. Винтовка «Winchester Model 1895» под русский патрон 7,62×54 мм R с клинковым штыком американского образца.
Оружейник проявил здоровый скепсис:
– Хм… Не совсем одобряю ваш выбор, Серафим Фёдорович. Хотя в скорострельности «Винчестер» значительно превосходит наше, как Вы изволили выразиться – «стреляющее копьё», но в положении лёжа его неудобно перезаряжать, а при лёгком морозце оружие клинит.
Я настаиваю, вполне внятно обосновав:
– Условие эксплуатации оружия солдатами-любителями – в пыльно-грязных окопах и милиционерами-профессионалами – в относительной чистоте, разные. «Клинит» же его, не от самого мороза – а от использования летних сортов масла. Но, даже если нет зимних сортов – разобрать и протереть насухо все детали перед заданием и, всё будет «как у Аннушки»!
Пётр Николаевич согласился со мной, что надёжность и безотказность оружия зачастую зависит от тех рук – в которые оно попало и, тут же рассказал занятную историю с первыми японскими «Арисаками» – которыми вооружили в 1915 году одну русскую часть на Северо-западном фронте:
