- Он что, одним выстрелом всех тварей собрал?! - кряхтя от натуги удивился полковник, - Эй Дерс, ты там живой еще?
- Да, - хрипло прошептал Рико, - простите... Позвольте... еще... пол энтима полежать... и будет нормально...
Из пелены границы, тем временем вытягивались все новые и новые останки тварей. Апофеозом стала огромная туша, с длинными, в полтора локтя, чуть загнутыми когтями, которая в отличии от всех предыдущих не спешила распадаться.
Рафраны - единственные твари, чьи тела после Дрожи могли еще двое суток не распадаться под взглядом Скома, а их когти и вовсе превращались в пепел лишь под светом Четырех. Правда и убить этих существ было целой проблемой, благо, что в крепость они наведывались крайне редко.
- Урдо, займись, - кивнул на тварь Амаро, - этот паразит мою перчатку потерял!
Маринес вздохнул, и принявшись за обработку конечностей, задумчиво поведал:
- Вы знаете полковник, меня только что посетила удивительная мысль! Видите ли в дни моей юности, я разработал гениальный план, как при помощи всего десятка воинов победить в войне против целого государства! На практике у меня разумеется ничего не получилось, зато это очень замечательно получилось у Дерса, - он бросил взгляд на все еще страдающего Рико и добавил, - старшего! Вот и сейчас мне вдруг подумалось, что ежели озарит меня еще какая оригинальная военная хитрость, мне просто необходимо будет вновь искать кого-нибудь из Дерсов! Очевидно мой гений без участия представителей этого славного семейства просто не жизнеспособен!
Прошло уже два дня с тех пор как защитник Рико ушел, а отец до сих пор ей не верил. Он считал, что Мирида все выдумала, а вещи оставшиеся от рассыпавшегося пеплом защитника она просто где-то спрятала. Но его конь после того раза особого беспокойства больше не проявлял, а зерна и сена ел даже больше, чем Хольда и Мика - их с отцом старые кобылы. Разве что конь по прежнему никогда не принимал угощения из рук.
Мирида погладила вороного красавца по шее и в очередной раз пожалела, что не спросила у Рико как же все-таки зовут ее нового коня. Но разве можно было вспомнить о такой мелочи в ту ночь? У нее до сих пор каждый раз сердце замирало от воспоминаний! Какие же у него волшебные фиолетовые глаза... А как он с ней разговаривал? Как с самой настоящей графиней! Ах! Ну почему он не остался еще хотя бы на день?
- Ты тоже скучаешь по Рико? - спросила она коня, но тот с высокомерным видом в очередной раз проигнорировал ее вопрос, - а пойдем погуляем на дальний луг?
Гневный окрик отца догнал их у самой калитки:
- Я тебе сколько раз говорил: не трогай вороного! Куда пошла?!
- Ему нужно размять ноги! Два дня уже в стойле! - строго возразила Мирида, и торопливо добавила, - мы не долго! На дальний луг и обратно!
И пока отец не успел ее остановить, скрылась за стеной деревьев.
На этот раз ее путь пролегал в стороне от деревни. По тропе вдоль подножья скал и вниз, к широкому, пологому спуску, заросшему скромными белыми последышами - любимыми цветами матери. Они росли только в Ночной провинции и распускались лишь в самом конце зимы, в последний месяц года. Мирида сорвала расположившийся на ее пути цветок и задумчиво покрутила его перед лицом. Нет, никогда ей не понять, что можно найти привлекательного в последышах! Маленькие, бледненькие, от них даже запаха почти никакого нет!
- Хочешь цветочек? Вкусненький! - она ткнула последышем в морду коня, но тот как обычно лишь гордо отвернулся, возмущенно фыркнув.
- Не хочешь, и ладно, - она оторвала один лепесток и осторожно пожевав его тут же с отвращением выплюнула, выбросив и сам цветок, - действительно гадость! - сообщила она коню и остановилась, - слушай Черный, вот чего ты такой упрямый? Ты стесняешься что ли кого-то кроме Рико катать? Давай покатаемся а? Тут нас никто не увидит!
Она залезла в седло и дернула повод:
- Ну поехали! Черный! - конь остался стоять на месте, - ну немножечко!!! только вокруг луга, и обратно пешком пойдем!
Она потеребила шелковую иссиня-черную гриву, раздумывая как бы все же убедить упрямца покатать свою хозяйку, но конь внезапно дико и страшно заржал, резко встав на дыбы. Мириде только чудом удалось не выпасть из седла. Она изо всех сил вцепилась в шею вороного, обхватив ее насколько хватало рук и зажмурившись крепко прижалась лицом к шкуре животного. Конь, не обращая никакого внимания на ее присутствие, пустился с места в бешеный галоп.
Она любила скорость. Катаясь на Хольде она частенько пускала ее в галоп, но по сравнению с вороным ее галоп можно было смело считать прогулочным шагом! Земля под копытами мелькала с совершенно невозможной скоростью, а поднять глаза выше Мирида просто не решалась. Ей казалось, что она летит на самом настоящем урагане, зачем-то принявшим облик коня.
