Из-под одной из дверей лился тусклый свет.
Возможно, отцу свечу оставили?
Решив подобраться поближе и послушать, Анджи, затаив дыхание, бесшумно прокралась вперед – и едва не заорала, столкнувшись в коридоре с кем-то, кого она приняла за вытянутую чернильную тень.
Черное одеяние, длинные черные волосы, обращенное к ней бледное лицо.
Она закусила губу, жалко попятившись, понимая, что угодила в ОЧЕНЬ большие неприятности.
Придворный маг, лорд Дэтре. С… зеркалом в руках?!
Кэллиэн пребывал в некотором напряжении. Миновали сутки. Тельс не вернулся, прислал сообщение о том, что занят со срочным пациентом. Назначил ответственного за князя, поэтому явившемуся сегодня эльфу был дан от ворот поворот. Зеркало, установленное в кабинете королевы, тоже пока ничего не дало. Словом, ничто не помешало магу закончить еще один артефакт.
Но ситуация с Тельсом его тревожила чем дальше, тем больше.
Он как раз прикидывал, куда будет лучше его повесить – в саму комнату или таки в коридор (а не вызовет ли это лишних расспросов?!), как вдруг ему в спину кто-то врезался. Тихо пискнул, увидев его, попятился… и маг с удивлением и не без тревоги узнал юную леди Анджелис Ламиэ.
И что ей могло вдруг здесь понадобиться?
Они уставились друг на друга, в обоюдном молчании, полные одновременно подозрений и опасений.
– Леди Ламиэ, – поклонился Кэллиэн, решив избрать пока нейтральную манеру общения.
Анджелис владела собой куда хуже Инерис. Вздрогнула, побледнела, глаза испуганно расширились…
– Что вы здесь делаете? В столь поздний час? Почему не пришли днем?
Несмотря на испуг, на полудетском лице появляется невеселая улыбка.
– Потому что мне не положено знать, что отцу плохо. Но я не могу больше сидеть на месте. Я соскучилась по нему и боюсь, что он тяжело болен, – несчастным тоном отозвалась она, не пряча взгляда серых глаз, который сделался умоляющим.
Кэллиэн удивился еще больше. Он задумывался, конечно, о том, почему младшая дочь ни разу не приходила… Но неужели от нее скрывали истинное положение дел? Зачем?
– Неужели вам не говорили о том, что князь серьезно нездоров?
Анджи покачала головой.
– Мать считает, что меня следует ограждать от потрясений.
Ему мерещится горькая ирония в тихом шепоте?
– Но я не слепа и не глупа. Я поняла, что, раз княжеское кольцо у нее, значит, отцу совсем плохо, – тяжелый, прерывистый вздох. – Она вообще ничего не говорит о нем, даже когда спрашиваю, и няня также. Не знаю, приходит ли… надеюсь, что да.
Кстати – нет.
– Даже если бы она приходила каждый день, то ничем не смогла бы помочь, – нейтрально заметил Кэллиэн.
– А вы…
Маг напрягся. Взгляд юной леди Ламиэ скользнул по зеркалу, которое он держал в руках, и Кэллиэн с трудом подавил желание спрятать его за спину.
– А вы что тут делаете?
– Я часто остаюсь на ночное дежурство подле князя, – пожал плечами он.
– Тогда, может,
Кэллиэн вздохнул.
– Князь Ламиэ без сознания, леди Анджелис. Уже давно. С того дня, как стало известно об исчезновении вашей сестры. Вы уверены, что хотите его увидеть?
Услышав это, девочка побледнела и в ужасе прижала руку к губам. Но все равно упрямо кивнула.
Совсем как Инерис.
Причин отказывать он не видел… особенно если леди Ральда была против визитов дочери к отцу. Уж если Анджелис Ламиэ решилась нарушить режим детского крыла, зная, что если попадется, ее накажут, значит, действительно тревожилась.
Анализатор. Чисто.
– Да, – разрешил Кэллиэн. – Заходите.
И, взяв зеркало в одну руку, другой открыл для нее дверь.
При виде князя, бессознательного, неподвижного, бледного, Анджи сперва застыла на пороге, затем со слезами бросилась к нему, крепко вцепилась в ранее сильную, а теперь худую руку. Плакала, надо отдать ей должное, на удивление тихо. Да и говорила чуть громче шепота.
Что делать с плачущей девчонкой, он понятия не имел.
К счастью, она успокоилась сама. Вытерла щеки, затем, склонившись, поцеловала отца в щеку.
– Поправляйся, пожалуйста, папочка! – прерывисто прошептала Анджи, прежде чем отойти от постели отца.
Показалось – или рука князя вдруг легонько дернулась?
Кэллиэн напрягся, прищурился, но больше даже намека на движение не было.
– Лорд Дэтре… можно вас попросить кое о чем?
– Разумеется, – заинтересованно склонил голову на бок маг.
Анджи вздохнула, помялась.
– Я, конечно, многого хочу, но можете ничего не говорить матери? – взмолилась она. – Ну, о том, что я сбежала среди ночи и явилась сюда? Я знаю, что она вам благоволит, но… я и так большую часть времени взаперти сижу, если меня еще и накажут в придачу, то вообще жизни не будет!
Маг снова опешил.
Он не ожидал этого, но беседа с младшей дочерью князя оказалась не менее интересной и информативной, чем разговоры со старшей.
– Благоволит? – медленно переспросил он, переваривая это слово. В принципе, не так далеко от истины… насколько королева вообще способна кому-то благоволить. Но откуда об этом могла узнать леди Анджелис?
– Слышала, как служанки об этом шептались, – виновато пожала плечами девочка.
