– Милая, прошло почти двадцать три года с твоей пропажи! И, если память меня не подводит, ты совсем не изменилась. Как такое возможно, дорогая? Ох, а Рена! Ее чуть не забрали в детдом, – эта правда обрушилась на меня как каменная стена. Растоптала и убила.
– Что? Не может быть! – мои руки дрожали, ноги стали ватными. Сквозь пелену слез я не увидела ничего. Словно все было в тумане.
Женщина расплакалась и мотала головой. Я держалась за стену, спускаясь по лестнице. Мне нужен был воздух, я скоро потеряю сознание.
Но не увидев последние две ступеньки полетела вниз, сдирая кожу на ладонях. Ко мне подбежал Зенон и пытался помочь подняться, но я отбросила его руки и осталась лежать на лестничной площадке, рыдая из последних сил. Я не могла остановить поток слез, что нахлынул на меня. Вот о чем говорил Зен. Время идёт иначе. Пока я была в Межвременье, здесь прошло двадцать три года, а я ни на день не постарела. А Рена… Она жила без меня и, наверное, думает, что я бросила её. Как же больно ей было осознавать это. И как тяжело мне думать, что твоему ребенку пришлось в одиночестве выживать в этом мире. Быть никому не нужным.
– Черт! – я надрывала голос. Рвала волосы на голове и от безысходности кричала проклятия в пустоту. Моё сердце разрывалось от боли и вины. Время, проведенное вдали, казалось всего мгновением, а здесь целая жизнь прошла без меня. Рена жила без моей поддержки и любви, и я не могла простить себе этого.
Зенон сел рядом, осторожно касаясь моего плеча.
– Я понимаю, что тебе больно, – мягко сказал он.
– Но сейчас ты здесь, и у тебя есть шанс всё исправить. Мы не знаем точно, что произошло с Реной, но мы можем найти её. Мы можем объяснить всё и попытаться вернуть то, что было потеряно.
Я пыталась успокоиться, вздохнула и вытерла слёзы, посмотрев на Зенона.
– Ты прав, – сказала я, чувствуя, как решимость медленно возвращается ко мне. – Я не могу позволить себе оставаться в этом состоянии. Я должна найти её.
Немного успокоившись, через какое—то время я встала и вытерла мокрые щеки. Снова подошла к миссис Джонс, которая покорно ждала пока мой приступ паники пройдет.
Шмыгнув носом, я спросила у нее:
– Вы не знаете где она сейчас?
– Дочка вышла замуж, – слова снова больно кольнули, но я сумела подавить волну слез.
– Есть адрес?
***
Сев в такси, я направилась на указанную улицу. Зенон сидел со мной в машине, не говоря ни слова. Видимо понимал, что сейчас не время и не место. За это я ему была благодарна, за его ненавязчивость.
Захлопнув дверь машины, я уставилась на табличку с названием улицы. Все верно. Дом огорожен металлическим забором, сквозь него видны газон и детские качели. В голове мелькнула мысль, что у Рены возможно есть дети, раз она вышла замуж. Неужели я стала бабушкой?
Двинулась ко входной двери, поднялась по ступенькам и постучалась. Внутри раздался быстрый бег и детский смех. После чего мне открыла девушка примерно моего возраста в коротких джинсовых шортах и белой майке. Поразительное сходство со мной я не могла не заметить. Это была Рена. Я резко вдохнула воздух через рот.
– Коул, я сказала тебе нельзя грызть стол! – пригрозила она мальчику, который пробежал мимо. – Здравствуйте, чем могу помочь? – теперь она обратилась к нам.
Я мгновенно потеряла дар речи. О чем я только думала, когда ехала сюда? Что я ей скажу? Привет, Рена я твоя мать, которая пропала двадцать три года назад и ни на день не постарела. Мать, которая бросила тебя на произвол судьбы.
Я не могла выносить эту информацию, и ком в горле не давал произнести ни слова. А слезы предательски покатились по щекам. Часто заморгав, шмыгнула носом.
Заметив мое замешательство, вмешался Зенон. Он приобнял меня за плечо и мило, почти фальшиво улыбнулся.
– Здравствуй, мы молодая пара и недавно переехали вон в тот дом, – он указал на здание напротив, в нем явно уже кто—то жил. – Решили навестить своих соседей. Моя супруга очень сентиментальна, прошу простить её.
– Поздравляю! Я Рена, – она протянула руку Зенону.
– Зен, – кивнул он.
После чего Рена хотела пожать руку мне. Я как вкопанная застыла на месте и уставилась на нее. Меня дёрнул Зен и взглядом указал, что нужно пожать руку для приличия. Смахнув капли слез, я перевела взгляд на нее и вложила свою ладонь в её.
– Имми, – я с трудом выдавила улыбку.
– Понимаю. Свадьба – это не просто. Не хотите чашку чая? – дружелюбно предложила дочка.
Она так выросла, я не могла поверить в это. Недавно держала ее на руках и пела колыбельную, видела первые шаги и слышала первые слова. Но гораздо большее я увидеть не смогла. Ее первый рисунок, первый поход в детский сад, первая школьная любовь, первое расставание, первая работа. Мне не терпелось ее обо всем расспросить, узнать, как прошла жизнь. Но я вспомнила, что эта жизнь прошла без моего участия. Возможно она меня ненавидит за это, что оставила ее совсем крохой. Хотелось броситься к ней в ноги и молить о прощении, но я проглотила этот порыв. И сквозь боль улыбнулась.
– Нет, спасибо. Мы спешим, – быстро бросила я.
