«Его лицо светится, поэтому не запоминается. Но оно доброе и улыбающееся как у родного человека, поэтому за ним невозможно не идти».
«Нет, он древний бог – всегда покровительствует потерявшимся и оберегает их от опасностей».
А ведь я тоже когда-то потерялся. Я так и не выяснил, кто из поисковиков нашёл меня – но я помню свет, шедший от его лица. И мне всегда казалось, что это свет путеводной звезды, который вывел меня из подземных складов и продолжает вести меня вперёд по моей жизни.
Поддавшись воспоминаниям, я подошел к окну и окинул взглядом двор.
В тусклом свете редких фонарей под моим окном стоял Панург и, задрав голову вверх, смотрел на меня. У его ног тёрся здоровый чёрный кот. Панург улыбнулся и поманил меня рукой.
Накинув куртку поверх халата, я вышел к нему на улицу.
– У меня выдалась свободная минутка, и я решил забежать к тебе, – сказал Панург, – Ты видел выпуск новостей? Дети меня не описали?
– Нет, нет! Что ты! – замахал я руками. Холодный ноябрьский ветер залетел мне в рукава.
– Бррр! – я поёжился и продолжил, – На твоём месте, после плавания в фекалиях, я бы сразу пошёл домой отогреваться и переодеваться.
– Я и иду домой, – всё также улыбался Панург, – А по дороге сделаю ещё одно доброе дело.
Он протянул мне тонкий бумажный листок с размытой дождём фотографией.
– «…кот чёрный, длинношерстный, глаза жёлтые» – прочитал я и перевёл взгляд на животное, прильнувшее к ногам моего знакомого.
– Кот живёт в соседнем районе. Но есть ли смысл сейчас, ночью, идти с ним к его хозяевам, точно не зная, дома они или нет? – спросил я.
– Ты прав, – ответил Панург, – Поэтому животное дойдёт само, без меня.
Он раскрыл правую руку, и с его ладони вспорхнула мерцающая голубым светом бабочка.
Чёрный кот сорвался с места и устремился вдаль по пешеходной аллее за мерцающей бабочкой.
Я перевёл взгляд на Панурга. Панург улыбался.
– А знаешь, что… пойдём лучше в Зал энтомологии.
– Вот это – городская легенда, – закончил свой рассказ Олег, – Что скажешь?
Я ничего не хотел говорить. Я смотрел вдаль, на горизонт, и мне казалось, что где-то за ним и разворачиваются реальные события. А я плаваю вне времени в огромном пузыре, сверкающем при свете солнца всполохами колец.
Кольца укатились куда-то за высокие холмы, а у границы небосвода начала клубиться серая бахрома туч.
– Это всё бред какой-то, – бессильно произнёс я, крутя в руках диктофон. Мои пальцы то и дело нащупывали кнопку выключения. Я очень хотел остановить запись, натянуть на себя скинутую в потепление одежду – и устремиться вверх по насыпи, через холодные платформы вокзала, мокрые городские строения, через степи и подлески за океан. Я очень хотел домой. И эта окружающая меня серость – непонятные миражи, дрены, шпионы и коллекторы, внезапное лето и такое же внезапное похолодание – всё завертелось вокруг меня в равнодушном торнадо. И неожиданно сам для себя я произнёс:
– А давай ты расскажешь мне ещё одну историю в таком же духе – честную, правдивую, обладающую зашкаливающим количеством парадоксов в деталях?
Олег удивлённо поднял брови, затем прищурился.
– Ты серьезно?
– Абсолютно, – ответил я, – Даже если это будет моим последним интервью. Я не могу покинуть твой мир с пустыми руками.
– Тогда нам надо начинать одеваться, – и Олег кивнул на наступающую с горизонта тучу. Это был буран. Буран шёл на нас сплошным непреодолимым валом.
Наверное, я немного задумался, очарованный этим зрелищем, потому что почувствовал ка Олег начал трясти меня за плечо.
– Ты же чувствуешь – опять начало холодать! Через полчаса бревно, на котором ты сидишь, будет завалено снегом.
С запада резко подул холодный ветер. Я поёжился.
– Ты так и не успел снять носки… – с укором и как-то брезгливо произнес Олег, натягивая на себя термобелье, – Куда ты уставился?
Я с опасением наблюдал за огромной тёмно-синей тучей, стремительно наползающей на нас со всего горизонта.
Олег снова потряс меня рукой за плечо:
– Ну, что ты какой тупой?? Одевайся, быстрее! Междузимье же!
Я кинулся надевать на себя свою одежду.
– Пока мы собираемся, я расскажу тебе ещё одну историю, – с усмешкой и певуче продолжил Олег, – Был у нас такой интересный товарищ – Мишка. Всё время, сколько я его знаю, он прямо таки бредил теориями заговоров!
– «Был»? – переспросил я, попутно застёгивая брюки и поглядывая на тучу, – Как давно он умер? От чего?
Олег замер и с укором взглянул на меня:
– Разве я сказал, что он умер? Наверняка, он жив и здоров…просто не с нами…
– Не понял. И где здесь интересная история? – снова удивился я, натягивая на ноги ботинки. Видимо, моё лицо имело до того смешное выражение, что Олег недовольно закатил глаза, вздохнул и начал рассказывать.
