Дейдре отложила зеркало и затушила лампу. Еще один негромкий скрип возвестил, что Кольм перестал наваливаться на дверь. Девушка повернулась на бок, прикрывшись шелковым одеялом, и выжидающе смотрела на полоску света у порога, но тень не двигалась. Это было для него нетипично: раньше мальчик уходил, как только она гасила лампу. Дейдре закрыла глаза и расслабилась. Ей чудилось, что Кольм, измученный страстью, бесшумно входит в спальню и на цыпочках крадется к ее постели. Вот он ставит колено на кровать и наклоняется, матрас прогибается под тяжестью его тела…
Твердая мужская рука легла ей на рот, и это заставило ее открыть глаза. Сначала она не могла понять, что происходит, и почему Кольм делает это вместо того, чтобы целовать ее. Но силуэт, нависший над ней во тьме, был значительно выше молодого пажа и принадлежал взрослому мужчине. Кто-то чужой проник в замок, решила Дейдре, и ей следует немедленно позвать стражу. Но пришелец, скорее всего, вооружен. Что, если он разгневается и убьет ее в случае сопротивления? Пока что она лежала не двигаясь.
— Сейчас я уберу руку, — сказал незнакомец. — Не кричи.
Она кивнула. Он отвернулся от нее и зажег лампу, постучав по стеклу костяшками пальцев. Голубоватый свет озарил его лицо, и Дейдре ощутила страх: на чужаке была сетчатая маска, как у рабочих с болот. В замковых стенах им не грозила опасность отравления, как неоднократно доказывал ей отец, и она верила ему, но все равно не хотела возвращаться сюда из столицы — и ни один здравомыслящий человек не захотел бы. Ее родовой замок из серого камня с мраморной крошкой не шел ни в какое сравнение с величием Аверны Лимы, белого города-дворца, построенного в форме опрокинутой чаши. Узкая спиральная лестница опоясывала город, словно цепь, сады поражали ошеломляющей разновидностью растений, привезенных со всех концов света, в прудах плескались рыбы с яркой окраской, площадки пересекали искусственные ручьи. Это было место для избранных, к которым Дейдре больше не принадлежала.
Но этот человек — что ему здесь нужно? Он проник сюда тайком и носил маску, чтобы скрыть свое лицо, а не из боязни вдохнуть болотные испарения. В какой-то момент в девушке вспыхнула надежда — а вдруг король передумал, и незнакомец доставит ее к нему? Тогда почему он не явился к ней при свете дня, как полагается?
Ланн прервал ее размышления:
— Где твой отец?
— Спит, — шепотом ответила Дейдре. — Ты собираешься меня похитить?
— Нет.
Она разочарованно вздохнула.
— Тогда зачем ты здесь?
— Отведи меня к нему.
Дейдре понравилось абсолютно все: таинственный вид пришельца, его странный нездешний говор, прямой, решительный взгляд. Она приподнялась, одеяло с шелестом соскользнуло с ее плеч. Девушка хотела расстегнуть незнакомцу маску, но он не позволил, отшатнувшись.
— Ты наемный убийца?
— Нет.
— Откуда мне знать, что это правда?
В коридоре раздались шаги, и Ланн не ответил, метнувшись к двери. Полоску света на полу то и дело загораживала тень: кто-то мерил шагами площадку перед комнатой Дейдре. Охранник внезапно остановился, будто почуяв неладное. Потом он окликнул:
— Госпожа Дейдре?
Голос принадлежал Кольму. Девушка взглянула на Ланна в ожидании распоряжений, он приложил палец ко рту и отрицательно покачал головой. Паж немного помолчал и повторил попытку, повысив голос:
— Госпожа Дейдре! С вами все в порядке?
Она не знала, как лучше поступить. Кольм вряд ли справится с чужаком, зато сможет отвлечь его и поднять шум. Вести Ланна к отцу она не собиралась — он не сделал ей ничего дурного, но было бы глупостью поверить человеку, прокравшемуся в замок под покровом ночи. Больше она не успела ни о чем подумать, так как дверь с треском распахнулась, и в спальню ввалился бледный от волнения Кольм.
— Госпожа!
В руках он сжимал меч для тренировок. При виде чужака в маске его пробила дрожь, колени невольно подкосились, и мальчик с трудом устоял на ногах. Чуть отдышавшись, паж выставил меч перед собой, и Дейдре подивилась его отчаянной смелости: вместо того чтобы позвать стражу, Кольм собирался сразиться с незнакомцем, и чем — деревянным мечом! Невзирая на серьезность положения, девушка не смогла сдержать смех. Кольм одарил ее коротким взглядом и смутился, покраснев до кончиков ушей, но меч не выпустил.
Ланн растерялся. Кольм и Дейдре были всего лишь детьми, и он не хотел причинять боль одному ребенку на глазах у другого. Паж наступал, его руки тряслись. Госпожа Келлер тем временем выскользнула из постели, завернулась в упавшее одеяло и прошествовала к двери.
— Куда ты? — спросил Ланн, проследив за ней взглядом.
— Позову отца. Ты же хотел с ним увидеться? — с этими словами она прошмыгнула в коридор.
