Не очень далекое будущее. Бывшая школьница Лиана Машкина провалила экзамены в институт, ничего не умеет и стесняется разговаривать даже с роботами. Строгие родители устраивают ее на работу в турфирму, которая организует туры на другие планеты. Там ее коллегами становятся инопланетяне: похожая на гориллу Уби, жуткий Брр и красивый, но странный Вартасар…Их первый тур – на теплую планету Сиусья, где, однако, царит полная темнота, а местные почему-то наотрез отказываются использовать фонари… Интересно, почему это?Их второй тур – на гостеприимный Лайлой с дружелюбными… СЛИШКОМ дружелюбными жителями. Что скрывается за этим дружелюбием?И, наконец, третий тур – на страшную послевоенную планету Крло, на которой найдется разгадка огромной вселенской тайны – а эта тайна касается того, в кого Лиана впервые влюбилась.
Все началось очень грустно. С самого утра, когда родители и бабушка отыскали в интернете результаты моих вступительных экзаменов, в нашей квартире воцарилось зловещее молчание, такое густое, что его, по-моему, можно было разгребать ложкой, как кисель. Но я ничего предпринимать и не пыталась, просто сидела, привычно повесив голову, на своей кровати, и делала вид, что читаю электронную книгу. В голове будто варилась тоскливая серая каша, из которой наружу, как пузыри, иногда вырывались вялые мысли. Может быть, пронесет?.. Да нет, конечно, нет. Может быть, бабушка уедет по делам, а у мамы будет хорошее самочувствие? Ну какое же оно будет хорошее, если я…
Тут я вздрогнула: мои мысли прервал скорбный и звучный голос вышедшей на середину комнаты бабушки:
– Так, ну что – дораспускались ребенка, горе-родители? Я же вас предупреждала, что она ни в один приличный институт не поступит – и вот, пожалуйста! Приемные экзамены окончились, август месяц, а наша красавица благополучно провалилась в три вуза и пойдет на улицу работать старшим заместителем робота-уборщика!
Я вжала голову в плечи.
– Мама, что ты говоришь! – бледнея и хватаясь за сердце, сказала мама. За ее спиной зловещей тенью маячил нахмуренный папа.
– Что есть, то и говорю! – отрезала бабушка. – Допотакались, говорю. Избаловали донельзя девчонку, она у вас на улицу без папы-мамы не выходит, в магазин не ходит! Я в ее возрасте уже сама на жизнь зарабатывала, да еще матери помогала. И училась, кстати, на отлично! А она что? До сорока лет дома сидеть будет?!
Мама опять схватилась за сердце, хотя до сорока мне еще оставалось не меньше двадцати двух лет, и, глядя на меня слезящимися глазами, жалобно выговорила:
– Ну как же так, Лианочка, ну почему ты такая безответственная? Ведь надо же было заниматься, надо же было думать… Ой, я не могу больше, голова раскалывается…
– Расстроила мать, двоечница! – как гром, грянул папа, упирая в меня мрачный взгляд. – Ты вообще давай объясни, чего тебе там на экзаменах было непонятно?! А?!
– Все было… – пробормотала я.
– Чего?! Не слышу?!
– Все понятно было!
– Времени на подготовку мало давали?
– Не мало…
– А чего тогда так плохо ответила?
– Я вроде нормально ответила…
– Да? А оценки почему тогда такие, а?!
– Не знаю…
– Тьфу! Даже разговаривать с ней бесполезно, – с отвращением махнул рукой папа. – Это амеба, простейшая какая-то, а не человек.
– Ой, Витя, тише, – болезненно поморщилась мама. – Боже мой, когда это все кончится…
– Где же оно кончится, если оно только началось? – усмехнулась бабушка. – Плохо воспитали, так вам теперь всю жизнь и мучиться.
– Между прочим, мама, ты ведь тоже ее воспитывала…
– Ой, чего я там воспитывала! – легко открестилась бабушка. – Будто вы мне давали. И потом, чего там воспитывать? Я вот с юности уже знала, что буду физикой заниматься – и готовилась сама, и стремилась к чему-то… А ведь какое трудное время было! Только самое начало земного содружества с инопланетянами! Как мы в свое время об этом мечтали! В детстве гляжу, бывало, на небо, и думаю: кто там есть, прилетит ли? А у них теперь что? Инопланетяне – на блюдечке! Экскурсию или отдых на другой планете? Запросто! Я о такой интересной жизни в молодости и мечтать не могла! А она нос воротит. Инопланетяне – страшные, на кораблях – укачивает… Это ей неинтересно, того она боится, а интересно ей дома сидеть с компьютером и ничего не делать! А в институты за нее пускай бабушка поступает!
– Да вовсе нет… – промямлила я.
– А чего нет-то, Лиана? – бабушка повернулась на каблуках модных светящихся домашних туфель и посмотрела на меня с горестным сожалением. – Институты куда поступать мы тебе всей семьей выбирали! Потому что ты и сама не знаешь, чего тебе нравится!
– Почему? Я знаю. Мне все нравится, только если не математика и не физика.
– Вот я и говорю. На социолога мы поступали, – загибая сухие тонкие пальцы, начала перечислять бабушка. – На педагога – поступали. Даже на психолога поступали, хотя психолог из тебя, как из меня балерина. На микробиологию от отчаяния попробовались… И что? Правильно, ничего. Что ты делать теперь собираешься, голубушка?
– Не знаю… – сказала я, слыша свой голос будто бы со стороны.
– Работать надо, а не у нас на шее сидеть, вот что! – сердито гаркнул папа. – И на следующий год поступать!
– Работать? – бабушка покачала головой с красиво уложенными короткими седыми волосами. – Чтобы работать, надо чего-то делать уметь, а этим наша Лианочка не страдает…
– Я умею, – протянула я, переглатывая и незаметно утирая слезы. – Я сама работу найду. Не беспокойтесь.
