Тревис не любил, когда учителя сравнивали его с другими.
«Берите пример со Станли. Он отлично учится и успевает участвовать во всех школьных мероприятиях».
В такие моменты, стоя перед классом с очередной грамотой за первое место, лучший ученик чувствовал себя ужасно. Он знал: некоторые одноклассники его ненавидят.
– Мало того, что все девчонки клеятся к этому ботану из-за его красоты, так еще он и учится блестяще. Бесит! – слышал он за дверями в мужскую раздевалку, когда только собирался повернуть ручку и зайти. Но каждый раз передумывал и поспешно уходил.
Друзья Тревиса из параллельных классов испытывали к нему теплые чувства, но их дружбу нельзя было назвать близкой. В ней присутствовали приятные мелочи, уходившие на второй план сразу после слова «Пока!»
Физкультура – единственный предмет, который Станли ненавидел из-за коллективных переодеваний в душном помещении, заполненном запахом тел. Уход из школы с последнего урока не обошелся без последствий: классный руководитель был слишком суров, чтобы закрыть глаза на крохотное пятнышко на фоне ослепительных заслуг лучшего ученика.
– Что с тобой происходит? – спрашивала его мама в
Она была заботливой и миловидной женщиной, пока дело не касалось отчетов, за которыми мать могла сидеть целыми вечерами.
Отец относился к сыну снисходительно, постоянно звал его в свою шумную мужскую компанию, состоящую из офисных коллег.
– С такими мозгами ты обязательно куда-то устроишься, и, если что, я тебе помогу.
Но судьба офисного планктона не привлекала Тревиса. Всю жизнь провести за бумагами, пересчитыванием чужих денег и мольбой о том, чтобы компания внезапно не обанкротилась, – не то, о чем он всегда мечтал. Парень и сам не знал, чего хочет.
Ему уже пятнадцать. Одноклассники с кем-то встречались и зачастую делали это лишь для поднятия своего статуса. По этому пункту Тревис пролетал без задержек. Отношения с отсутствием любви только ради того, чтобы не отличаться от других, – одна из наивысших степеней идиотизма и стадного поведения человека.
Несмотря на минусы жизни, он старался видеть во всем хорошее:
«Меньше друзей – меньше проблем.
Нет любви – нет растерзанных нервов.
Не делаешь того, что делают другие, – остаешься индивидуальностью».
С этими мыслями после очередного выговора за пропуск физкультуры Тревис решился подойти к двери раздевалки. Он готовился к презрительным взглядам, напряженному молчанию, шепоту – к чему годно, как вдруг до него донеслось:
– Я слышал, что ему сделали выговор. Хотел бы я посмотреть на его лицо.
– Я бы тоже хотел посмотреть.
– Все бы хотели посмотреть, Майкл. Абсолютно все.
– Я слышал, он никогда ни с кем не встречался.
– Ха, для этого не нужно слышать. Достаточно наблюдать, мы же с ним с первого класса.
– А может, он на самом деле какой-нибудь садист или что-то вроде того? Тихони обычно оказываются такими пошляками.
– Все-таки он уязвим.
Они не прекращали засыпать его ложными теориями и фактами, словно знали, что он стоит за дверью и все слышит. Обсуждение Тревиса – их любимое занятие во время переодевания. Что может быть интереснее унижения одноклассника, да еще тогда, когда твое мнение разделяют все?
– Ходят слухи, что он встречается с некоторыми учителями.
– Тогда понятно, почему он так блестяще учится.
– Не думаю, что это правда. По крайней мере, – тихий смешок, – он всегда выглядит таким аккуратным. Никогда не видел его запыхавшимся.
– Откуда ты знаешь? Может, они встречаются после учебы.
Тревис вжался в стену, противоположную от двери в раздевалку. Каждое обидное слово припечатывало его к месту лишь сильнее. Он сжал кулаки.
Смириться с мыслью, что ты навсегда будешь изгоем в собственном классе? Перейти в другой, где к тебе относятся лучше? А может, хоть раз посмотреть в лицо опасности и попытаться изменить отношение обидчиков к себе? Тревис больше не мог мириться с первым и не собирался выбирать второе. Только третье.
Одноклассники удивились, увидев на пороге в раздевалку объект своих насмешек, прервавший их на полуслове. Он закрыл дверь с громким скрипом. Воцарилась тишина. Все взгляды были прикованы лишь к нему. Он собрался с духом и вложил всю свою храбрость в эти слова:
– Может, скажете мне все в лицо? Или от страха собираетесь вечно обсуждать меня за спиной?
На пару секунд на лицах ребят появилась озадаченность. Некоторые из них переглядывались.
Тревис сглотнул, стараясь выглядеть как можно грознее и злее, что выходило у него никудышно и фальшиво. Он прошел к своей кабинке.
Замок щелкнул, и дверца открылась с приглушенным скрипом. Ребята внимательно, со сдерживаемым смехом наблюдали за своим одноклассником в ожидании его реакции. То, что Тревис увидел на одной из полок своей кабинки, повергло его в шок.
Это были отфотошопленные фотографии, на которых он якобы был запечатлен с некоторыми учителями-мужчинами. Фото были настолько хорошо склеены и отредактированы, что не каждый профессионал смог бы понять, подделка это или оригинал.
– У нас таких куча! – Одноклассник помахал перед ним пачкой поддельных фото.
