Мгла полностью

– Я, конечно, вне себя от негодования, но какой смысл ругать вас теперь? Положение слишком серьезное. Мне искренне жаль, – сказал Магнус, и, к своему удивлению, Хюльда ему почти поверила. – Я часто заступался за вас, когда другие предлагали найти вам замену или перевести на другую должность. Вы человек старой закалки – работаете медленно, но упорно. Не все это ценят. Но результатов вы добиваетесь.

Неужели Хюльда недооценивала Магнуса все эти годы? А как же его грубоватые манеры, сарказм, неосновательность? Может, он и правда был ее союзником в этих закулисных играх?

– Спасибо, – произнесла Хюльда почти шепотом.

– Я не стал выносить эту историю на общее обсуждение ради нас обоих, Хюльда. Вашим коллегам подробности случившегося неизвестны. Не вижу смысла компрометировать вас под конец вашей службы в полиции. Хотя, конечно, все всплывет наружу, если вам предъявят обвинение. Но не будем забегать вперед. В понедельник я передам материалы прокурору и уже никак не смогу влиять на это дело. Поймите, что делать вид, будто ничего не случилось, не имеет смысла. Однако мы постараемся смягчить последствия.

Хюльда кивнула. Продолжать отпираться и лгать было бесполезно – все, игра окончена.

– Вам, безусловно, придется сложить ваши полномочия немедленно – дальнейших поблажек не будет. Вы освободили свой кабинет?

Она покачала головой.

– Я попрошу кого-нибудь этим заняться и отправить вещи вам домой, хорошо?

– Хорошо.

– А что там с этой русской девушкой?

Хюльда едва сдерживала слезы. Она не могла позволить себе завершить свою карьеру вот так – на седьмом десятке и со слезами на глазах в свой последний рабочий день. Собравшись с духом, она произнесла сиплым голосом:

– Я как раз этим занималась. Их было две.

– Да, вы так и сказали по телефону. Но что значит «две»?

– Одна русская девушка по имени Катя пропала больше года назад, а потом погибла Елена – ее лучшая подруга. Сомневаюсь, что Александер связал эти два случая.

– А они связаны?

– Я не знаю, но это нужно проверить.

– Ясно.

Магнус задумался, а потом сказал:

– Вы не могли бы написать отчет и по возможности прислать его мне? Я сам попробую разобраться с этим, как только у меня будет время.

В эти слова Хюльда не поверила, но стремление Магнуса оценила:

– Конечно, я вышлю вам отчет.

Магнус поднялся с места и протянул ей руку:

– Мне было приятно с вами работать, Хюльда. Вы – отличный полицейский. – Потом он добавил: – Жаль, что мы расстаемся на такой невеселой ноте.

Она снова внезапно проснулась и поняла, что еще глубокая ночь.

Сначала она подумала, что ее опять разбудил холод – ей и правда было зябко, но на этот раз мороз щипал не только лицо, а пробирал насквозь. И тогда она заметила, что спальный мешок расстегнут.

Обнаружив лежащего рядом мужчину и почувствовав его пальцы у себя между ног, она помертвела от страха. Она попыталась оттолкнуть его, но скованные холодом конечности не слушались. Он притянул ее к себе, покрывая лицо поцелуями и не обращая внимания на сопротивление.

– Прекращай, – прорычал он. – Ты же знала, что это произойдет, когда согласилась поехать со мной. Я видел, как ты на меня смотрела. Не строй из себя чертову целку!

Она не верила своим ушам.

А потом закричала что было мочи – так громко, как никогда раньше.

Он даже не пытался зажать ей рот.

Хюльда, словно каменное изваяние, стояла перед полицейским участком на Кверфисгата. Проходившие мимо коллеги здоровались с ней, но она их будто и не замечала. Ее неподвижный взгляд был устремлен куда-то вдаль.

Хюльде казалось, что на ее жизни поставлен жирный крест, и будущего просто нет. Больше всего ей хотелось позвонить Пьетюру, но что-то ее останавливало.

Собрав волю в кулак, она наконец двинулась с места и завернула за угол здания. Ее путь лежал в сторону моря. Небо было ясным, но на подходе к набережной Хюльду встретил морской бриз. Не замечая ничего вокруг себя, она пересекла проезжую часть, уселась на скамейку и устремила взгляд на волны залива; эта картина завораживала, воскрешая в памяти приятные моменты давно минувших дней. Хюльде вспомнилась и Елена, тело которой эти же волны вынесли на берег бухты. Море дало, море и взяло.

На Хюльду с новой силой накатило одиночество.

Столько всего лежало на ее совести…