Мгла полностью

Пролог.

Гед:

Все началось.... все началось когда?

Я бы хотел сказать, что, несомненно,

Я помню это будто бы вчера,

Но вряд ли врать сегодня будет верно.

Все началось? Все началось когда?

Я думаю, все началось весною,

Тогда сошли седые холода,

Вновь проиграв пылающему зною.

Ты скажешь: пусть, продолжи свой рассказ, —

Но он сейчас всего лишь будет песней

Любви, без сладостных прикрас

Не обойтись в нем, разве что без лести…

Мы встретились в тот день, мы не признались,

Самим себе, что поняли уже.

Мы взглядами, словами обменялись,

Стараясь всех держаться в стороне.

Клонился день ко сну, а мы не знали,

Но гости стали расходиться вдруг.

И пусто стало в исполинском зале,

И слышался неловкий шепот слуг.

Я не богат был, не хорош собою,

Старался просто быть таким, как есть..

А ты в тот день сияла красотою,

Как каждый день.. поверь, это не лесть.

Как вышло так, что бедный я, пусть гордый,

Посмел придти на пир в богатый дом?

Как я, своей улыбкой непокорной,

Нарушить смог неписаный закон?

Все дело в том, что грустным музыкантам,

Кидают часто медяки в колпак,

Веселым же, играет кто с талантом,

Судьба бесспорно даст хороший знак.

Так было и со мной, гулял я как-то,

По улицам, ища где сночевать,

Запев мелодию, пришедшую внезапно, —

Жаль некуда мне было записать.

И вдруг окликнул чей-то грубый голос,

Пиита, замечтавшегося всласть,

Затем шаги, что набирают скорость…

А так мечтал в беду я не попасть.

Я обернулся, – было слишком поздно,

Стальные руки сжали мою грудь…

Но отпустили, и очень серьезно,

Сеньор решил мне изложить всю суть.

Он говорил, что шел после приема,

Что отпустил пажей и глупых слуг,

И из навеянного элем дрема,

Вывел в тиши его полночной звук…

Ничто иное, как мой теплый голос, —

Так и сказал мужчина средних лет,

Седеть недавно начал его волос,

Но ясен был в нем молодости свет.

Он похвалил меня, и пригласил сыграть,

Для публики в его богатом доме,

Мы стали уже дело обсуждать,

Идя по темной мостовой дороге.

Мы увлеклись, уж начал я играть

Мелодии на старенькой гитаре,

Мой собеседник стал мне подпевать,

Мы удивлялись нашей дружбе сами.

Мы шли и шли, не замечая места,

А место оказалось непростым,

Здесь жили люди из другого теста,

Им неприятен был задорный ритм.

Сгущались краски, группа собиралась,

Сначала они будто просто шли

Своей дорогой, – позже оказалось,

Что их интересуем точно мы.

Сомкнулся круг и прозвучали шутки, —

Глупей которых можно не искать,

Но разговор не мог продлиться сутки,

Настало время дело начинать.

Мой новый друг, без страха и упрека,

Осознавал: неравным будет бой,

И, видя суть без всякой подоплеки —

Ударил первым, мне сказав: «не стой».

Я резко снял гитару и взмахнул ей,

Стараясь все же деку уберечь,

А мысли становились все безумней,

Грубела в голове моя же речь.

Всё, завязалась драка, отбивались

Мы как могли, – на каждого по три.

И все-таки они слегка боялись —

Гитары или каменной руки.

Я отвлекал внимание двоих,

Мой друг уже лишил сознанья столько.

Но стоит помнить: если пишешь стих, —

Ты созиданье тренируешь только.

Победа близилась уже, как вдруг,

Один из них набросился на спину

Союзнику, серьезнейший испуг,

Вложил в меня толь слабость, толи силу…

Я размахнулся и ударил так,

Как никогда не бил ничто живое.

Струны порвались, треск и звон в ушах,

И сердце сжало как стальной рукою…

Щепки вонзились негодяю в тело,

Он застонал, свалился и не встал.

Я понял, что идет к развязке дело,

Но все же гриф из рук не выпускал.

Оставшиеся трое отступили,

Опешили, решили не спешить.

Мы сами в напряжении застыли,

Готовые продолжить точно бить.

Они ушли, мы выдохнули оба

И осмотрелись всех своих потерь.

Пара ушибов, синяки – немного,

Решили: можно и домой теперь.

Так оказался я в прекрасном замке,

В последствии узнав: знакомый мой —

Есть знатный лорд, к простой служанке,

Я обращался: «мисс», что ж, был смешной.

Да, был смешной, когда мы повстречались,

Я не поверил, что так может быть.

Как говорил я, долго мы общались,

Как утаил я, начали любить.

(15 часов 29 мая 2019. )

––

Джина:

Как утаил ты?.. – многого не знала,

Томилась я в сомнениях одна,

Ведь, встретившись с тобой в тот день, взалкала

Любви, – ко мне пришла мечта.

Как долго не могла себе признаться,

Как долго я старалась делать вид,

Что может так лукаво не пытаться

Добиться чувств моих простой пиит.

Но проку? Почему сопротивлялась,

Когда внутри росла уже любовь?

Я каждый день в фантазиях купалась,

Все наши встречи представляя вновь.

Что было раньше? Будто бы не помню..

Будто до этого вполсилы я жила..

Читала книги, пела и росла,

Но все это постольку-да-поскольку.

И для чего в теплице я цвела?

Ужели для того, чтоб, сил набравшись,

Познать и страстный зной и холода,

Под всем этим с любовью подписавшись?

Отец, мой милый, приводя тебя,

Не мог даже подумать о подобном,

Но, становясь родней день ото дня,

Скрывались меньше в празднике любовном.

Все стали понимать, к чему ведет,

Наше общение, не знавшее границ.

Как медленно, но верно тает лед,

С весной звучит все громче пенье птиц..

Я огорчалась, что бывают дни,

Когда ты не выходишь в шумный зал,

Пусть наши встречи были нередки,

Как каждую ждала я – ты бы знал!

Уча сольфеджио, читая ли стихи, —

Моим ты был все время вдохновеньем, —

Мне сватались другие женихи,