Я с изумлением уставился на умолкшего Теюниса. Наконец, он вновь заговорил:
– Что ж, Сингл, полагаю, что теперь ты можешь связать все воедино. Нет нужды углубляться в древние знания, но стоит сказать, что, судя по старинным преданиям, настал тот самый «Год Черного Козла», когда ужасные создания из бездны, что лежит вне нашего мира, посещают Землю, принося бессчетные беды. Мы не знаем, как они проявят себя, но есть повод думать, что эти странные видения и галлюцинации напрямую связаны с ними. Не нравится мне то, с чем ты столкнулся, как и эти фотографии. Думаю, что дело серьезное, и лучше бы тебе поостеречься. А мне стоит попробовать сделать так, как завещал старина Йерглер – взглянуть на все своими глазами. К счастью, тот камень, о котором он говорил, объявился вновь, и я знаю, где его найти. Нам стоит рассмотреть фотографии с его помощью. Он напоминает линзу или призму, но его нельзя использовать для того, чтобы делать снимки. Человек, обладающий особенно острым восприятием, может заглянуть в него и зарисовать увиденное. Это небезопасно, и видящий может повредиться умом, так как истинный облик тени не из приятных – подобному не место на Земле. Впрочем, бездействие куда как опаснее. Тебе же, если ты дорожишь своей жизнью и душевным здоровьем, стоит держаться подальше и от холма, и от той твари, что скрывается под личиной стоящего там дерева.
Его слова совершенно сбили меня с толку.
– Но как среди нас могут жить существа из внешнего мира? Откуда мы знаем, что они вообще существуют? – вскричал я.
– Ты мыслишь ничтожными земными категориями, – усмехнулся Теюнис. – Уж не думаешь ли ты, что наш мирок есть мерило вселенной? Прямо у нас под носом обитают немыслимые создания. Современная наука раздвигает границы непознанного, доказывая, что оккультное знание недалеко от истины.
Внезапно мной овладело желание никогда больше не смотреть на ту фотографию; мне захотелось ее уничтожить и бежать куда глаза глядят. То, что предлагал Теюнис, выходило за пределы разумного. Скованный неземным ужасом, влекомый прочь от жуткой фотографии, я дрожал всем телом, страшась узнать, что она скрывает.
Я бросил взгляд на своего друга, склонившегося над древним фолиантом; на лице его застыло странное выражение. Он выпрямился в кресле.
– На сегодня хватит. Меня утомили бесконечные догадки и вопросы. Нужно пойти в музей, забрать оттуда камень и сделать то, что должно.
– Как скажешь. Отправишься в Кройдон?
Он кивнул.
– Значит, мы оба едем домой, – решительно подытожил я.
