А у самой… сумбур в душе и в жизни. Надо что-то менять. С Сережей ясно, что как было — ушло. Чувства смешались и боль, и любовь, и ненависть, и обида. Рассортировать не выходило.
Что он сделает, если узнает о Викторе?
Страшно подумать. А пока она будет бить той же картой и поступать, как хочется.
К Виктору что-то неприлично телесное и при этом ментально комфортное. Что казалось простым обменом мнений о разном сложилось в полноценные портреты друг о друге. Внимательный да увидит личность собеседника.
Выкидывая этот номер, она почему-то не волновалась, что ее обсмеют. Максимум аккуратно завернут в другом направлении. Не развернул.
Сон не идет.
Может, позвонить?..
В третьем часу ночи в хозяйской спальне раздавались странные придушенные звуки. В подушку хохотала Вера, понявшая, что у нее нет номера Виктора. Надо было взять с его стола визитку.
Насмеявшись до сведенных мышц пресса, она почувствовала, что внутри словно развязался тугой узел из дрожащих нервных веревочек и веки приятно потяжелели. И конечно, ровно в этот момент сложилось сообщение, которое она отправила Виктору.
«Вряд ли стоит считать талантом скромные умения, нуждающиеся в постоянных упражнениях и поразившие не уровнем мастерства, а внезапностью своего проявления. И все-таки спасибо за похвалу. Что бы ни было дальше (а это нужно обстоятельно обсудить), произошедшее останется со мной навсегда».
«Обсудим.
При первой возможности.
И спи уже.
Крепко…».
Сережа вернулся из поездки радостный и с порога закружил Веру, ничуть не стесняясь Марии Степановны, выглянувшей из кухни.
— Кто молодец?! Я — молодец! Продажники их подогрели, а я дожал.
Таким Сережей хотелось любоваться и восхищаться. Он заражал весельем, словно околдовывал. Прежняя Вера бы растаяла в его лучах, но нынешняя украдкой оценивала и взвешивала. Оказывается, интересно смотреть на него без розовых очков.
— Мария, пахнет изумительно. Но сегодня мы ужинаем в ресторане.
Помощница отреагировала с присущей ей практичностью.
— Ничего, жаркое вас дождется.
— Сереж, а Каролинка?
— Няней, насколько я понял, ты так и не озаботилась?
Этот вопрос уже несколько лет то обострялся, то затихал. Вера не видела смысла нанимать постоянную няню. Ей было спокойнее самой отвозить и забирать Каролину, присматривать за ней дома и на прогулках и тем более находиться с дочкой во время детских простуд. Будь она карьеристкой, наверное, иначе бы относилась к делегированию этих обязанностей. Или будь у нее более спонтанный характер. Вот как у Сережи.
И только Вера приготовилась озвучивать аргументы, почему сегодня лучше поужинать дома, а отпраздновать в другой раз, муж сказал:
— Я договорился с Маринкой, им не трудно присмотреть за Линой. Трое или четверо детей, уже не такая большая разница.
Вера не стала спорить, хотя идея не пришлась ей по душе. Маме с младенцем и двумя старшими, конечно, есть разница. Или приглядывать будут соответственно. Ничего, это только на один вечер.
— Хорошо, спасибо. За Каролиной ехать через час. Она тебе обрадуется.
— Я пошел в душ.
Вера закончила обсуждение с Марией Степановной и отправилась наверх собираться. Мысли гуляли где угодно, но только не в направлении что надеть. Виктор не писал уже несколько дней. Из гордости и она не заговаривала. Пусть ищет возможность!
День снова был жаркий, и подумалось, что ей тоже душ не помешает. Подождать, когда Сережа закончит или присоединиться к нему? Совершенное пару дней назад в офисе Виктора словно заново открыло ей себя. Оказывается, можно брать то, что хочется. А хотелось совершенно определенных вещей. Еще почему-то хотелось выместить эту энергию на Сереже. Теперь понятно, почему он набрасывался на нее после командировок.
На пути в спальню, загадала: если он еще в ванной, то скоро у него будет компания, а если…
Никаких «если» — вода еще шумит.
Скинув одежду, Вера мельком глянула в зеркало и осталась довольна — хорошо, что взялась за себя. Кто бы что ни говорил про «важно то, что внутри», приятно себе нравиться.
В душевой с запотевшими стенками — ее муж. Предавший и преданный. Они теперь квиты? Или нет?
В приоткрытую дверцу скользнул холодок. Сережа обернулся, и Вера быстро прижалась грудью к его теплой мокрой спине.
— Я соскучилась. Надеюсь, это считается за инициативу?
— Еще как!
— Ты очень красивая.
Так сказала и Каролина, когда они забрали ее из садика. И сестра Сережи, когда принимала под крылышко племянницу. Сережа повторил это не раз. И весь вечер был сама предупредительность. Словно отдавал какой-то долг. Или приправлял безупречно приготовленный ужин. Повар старался, но Вера не ощущала вкуса. Чего-то не хватало.
Она благодарно кивнула. Как-нибудь потом поднимет вопрос, что Сережа думает о естественном ходе вещей. Неизбежном увядании. Будет ли он восхищаться ею тогда?
Дело шло к десерту, когда муж спросил:
— Какие у тебя планы на август?
— В каком смысле?
— Бизнес. Творчество. Ты скоро закончишь учебу?
— Еще несколько уроков, и каждый согласуем дня за два. У нее тоже дети…
Сережа поскучнел.
— А расширение производства кукол?