Мятеж полностью

Ее внимание привлекло движение среди членов Общества. Джаспер стоял немного поодаль от остальных, на краю комнаты. Он переместился в поле ее зрения, чтобы поймать ее взгляд и одарить улыбкой. Она отметила, что он довольно спокоен. Он думал, что у нее все получится. Краем глаза она невольно заметила своего дедушку.

Что ж, по крайней мере, хоть кто-то здесь в нее верит.

Кассия сосредоточилась на банке на полу и ни на чем другом. Намерение ясно и твердо прозвучало в ее сознании, и магия пробудилась. Она была готова. Она готовилась к этому неделями.

Она протянула руку к банке, стараясь не обращать внимания на то, как дрожит – просто нервы, это было ожидаемо, – и призвала свою магию течь сквозь пальцы: расти и цвети.

Сначала она увидела корни; маленькие белые побеги, появляющиеся из почвы и покрывающие внутреннюю поверхность стекла. Да, подумала она, и ее облегчение проявилось в прерывистом выдохе. Продолжай.

Росток розы на мгновение задрожал, а затем замер. Такое бывало во время тренировок. Небольшие паузы перед очередной волной роста, если только она сохранит концентрацию. У нее перехватило дыхание, когда она попыталась представить себе нужный результат, но ее предательский мозг показал другую картину: разбитое стекло, рассыпанную землю, неуверенно качающих головами людей. Ее поразило настолько очевидное осознание, что она задалась вопросом, как она раньше этого не поняла: молодому чародею не обязательно быть таким уж одаренным в магии, если у него были друзья в Обществе, которые могли за него проголосовать.

Сосредоточься, закричал отчаянный голос в ее голове, и Кассия вновь сконцентрировала всю силу своей воли на банке, яростно используя свою магию, чтобы восполнить упущенное. Когда самый тонкий, крошеный побег ростка выпустил свой первый нежный листок, произошло сразу несколько событий.

Кто-то позади нее задвигался. Хелия, скучающая и привлекающая внимание членов Общества, чтобы призвать к голосованию? Но нет, участники были на другой стороне комнаты; это был просто гость, переместившийся, чтобы получше рассмотреть представление. Но в ту секунду Кассия осознала, что она не была – как она сказала своей магии – одна. Она была в комнате, полной людей, которые оценивали то, чего она смогла добиться, вернувшись в Харт. Она попыталась сопротивляться желанию взглянуть на их лица, на лица выстроившихся перед ней людей, и потерпела неудачу. Ее взгляд был беспомощно прикован к движению руки одного из членов Общества, когда он поднял ее, чтобы прикрыть рот ладонью и прошептать что-то на ухо своему другу.

Не подведи меня, взмолилась она своей магии, когда ощутила себя в клетке, сквозь прутья которой выглядывали любопытные лица. Пожалуйста, не подведи меня снова.

Но это произошло. Нет, не было драматично разбивающегося стекла, или разлетающейся почвы, или переплетения вышедших из-под контроля ветвей. Просто жалкая горстка листьев на ее саженце увяла. Корни сморщились и стали коричневыми. Нет, Кассия не сдавалась. Она просто потерпела поражение.

Звук вопроса Хелии был глухим бормотанием на фоне стука крови в ушах. И вот она стояла, жалкая и проигравшая, посреди комнаты. Подними она глаза, и увидела бы, как окружающие, спрятав глаза, голосуют «против». Единственное место, куда она могла смотреть, это та часть комнаты, где стоял Джаспер. И именно поэтому она знала, что он не проголосовал. Его опущенный рот открылся на вдохе, когда раздалось «нет», но в последний момент он не издал ни звука. Возможно, это было к лучшему. Возможно, голос, который он хотел отдать, был бы несправедливым.

Когда кто-то протянул ей детскую книгу заклинаний, Кассия почувствовала, как скрутило живот, и что глаза у нее на мокром месте. Стоило моргнуть, и она бы заплакала посреди собрания, у всех на глазах. Но у нее было время добраться до двери, поэтому она развернулась на каблуках и побежала прочь.

Когда Кассия переступила порог, кто-то поблизости выкрикнул ее имя. Она пыталась не обращать на это внимания – ее слезам больше не было дела до того, моргала она или нет. Первые слезы уже свободно падали на щеки, такие же непокорные и своенравные, как забытая звездами магия, но твердая рука схватила ее за локоть, и она развернулась, оказавшись лицом к лицу с верховным чародеем.

– Тебе лучше остаться и больше не портить вечер, – сказал он тихим голосом. Кому-то могло показаться, что у него просто хватило здравого смысла не привлекать еще больше внимания к ее неудаче, раздувая из мухи слона. Но Кассии было хорошо знакомо его разочарование, и она видела это по тому, как он смотрел не на нее, а сквозь. У Кассии была возможность вырасти в его глазах, и теперь, когда она потерпела неудачу, дедушка вернулся к более серьезным заботам, даже когда она стояла прямо перед ним в слезах.

– Заводи знакомства, – скомандовал он. – Магия – это еще не все.

Каким-то образом его полный отказ замечать ее слезы вытащил Кассию из волны жалости к себе.