– Преемники, старые и новые, – сказал он, дружелюбно кивая новым членам Общества, которых он мог выделить в толпе. – Гости. Общество молодых одаренных чародеев существует уже пять столетий, и все это время оно олицетворяет наше место в этом городе и возвещает о новой магии, новых талантах и вступлении во взрослую жизнь наших выдающихся умов и будущих лидеров. Настало время для священной традиции открывать новое, поскольку Общество выдвигает одного из своих членов на должность президента. В течение следующих двух лет этот человек будет прокладывать путь вперед для вас, молодых преемников, и вести к будущему. Кто знает, может быть, когда-нибудь он даже станет верховным чародеем.
В ответ на это раздался щедрый взрыв понимающего смеха. Все знали, что следующим верховным чародеем должна была стать Алана Симс. А после нее? Кассия посмотрела на свою банку с землей. Если дедушка и нашел ее лицо в толпе в этот момент, она не хотела видеть, что читалось в его взгляде. Кто бы ни взял на себя роль Аланы, были ли они в этой комнате или нет, все слушающие знали, что им станет человек, которого выберет семья Кассии. Эта власть была в их руках.
– Я попрошу кандидатов присоединиться ко мне на помосте.
Три преемника поднялись на помост под шквал аплодисментов. К ним присоединились Хелия и ее заместитель, секретарь общества Ян Ленникер, срок полномочий которого также заканчивался этим вечером. Кассия наклонилась ко Льву.
– Как ты думаешь, кто победит? – спросила она, понимая, что так сильно сосредоточилась на своем посвящении, что все прочие события вечера ускользнули от ее внимания.
– Эм.
Лев заколебался, улыбка на мгновение сползла с его лица.
– Я думаю, мы скоро все узнаем.
Кассия заметила, как его взгляд метнулся к двери, где, прислонившись к стене и низко опустив голову, стоял Вирджил Пайк. Его серьезный взгляд был устремлен в толпу. Преемники постоянно то образовывали парочки, то расставались, и каждый хотел стать главной сплетней сезона. Лев и Вирджил были одной из таких любовных историй. Она задалась вопросом, почему они сейчас стояли в разных концах зала.
Кассия проследила за взглядом Вирджила сквозь толпу и остановилась на нескольких людях. Лев был не единственным, кто выглядел нервным. Харланд Уайз грыз ногти. Тан Медхерст переминался с ноги на ногу. Кассия внезапно ощутила напряжение в воздухе, и это было нечто большее, чем возбуждение толпы в ожидании результатов выборов. Ни трое претендентов на возвышении, ни Хелия и Джупитус не обращали на это внимания, но напряженность, с которой Ян уставился в пол, угрожала прожечь тот насквозь.
– Давайте выясним, кто будет вашим новым президентом, – объявил Джупитус присутствующим.
По традиции верховный чародей сам произносил знаменитое заклинание, определяющее победителя выборов, но Джупитус отошел в сторону и махнул Хелии выйти вперед. Наступила тишина – настолько всеобъемлющая, что Кассия готова была поклясться, будто слышала крики чаек над рекой. Никто не стал бы шептаться, что верховный чародей стареет и его сила уже не та, что была раньше. Ни сейчас, ни когда-либо еще.
Хелия достала заколдованный лист бумаги из орехового дерева и подняла его вверх, а другую руку протянула к урне для голосования. Кассия обнаружила, что невольно придвигается ближе. Она никогда не видела, как выполняется это заклинание, но много раз слышала, как о нем говорили.
Когда бумага из орехового дерева сгорела, урна для голосования раскрылась, словно механический цветок, высыпав в узкую емкость свое содержимое, которое превратилось из бумажек в яркие стеклянные шарики. Когда они каскадом скользили по желобу, то разделялись по цвету и падали в чаши, которые материализовались под ними; синие, оранжевые, желтые…
…и фиолетовые шары. Рядом с остальными чашами материализовалась четвертая.
– Вписанный кандидат! – воскликнул кто-то рядом. По комнате прокатился возбужденный ропот. Кассия снова окинула взглядом участников – на некоторых лицах читалось беспокойство, на других восторг. Затем она посмотрела на Льва, чью улыбку было трудно прочесть. Вирджил выглядел таким же серьезным, как всегда, и, пока шел подсчет, не придвинулся ближе.
– Зеленый! – крикнул кто-то, когда шары пятого цвета смешались с остальными.
Вписанные кандидаты не были чем-то неслыханным. Президенты общества часто делали блестящую карьеру в самых разных областях, и возможностей было предостаточно. Не было тайной, что некоторые члены партии усердно вели предвыборную кампанию даже после того, как им не удалось официально стать участником голосования.
Но по крайней мере четыре цвета встречались одинаково часто. Джупитус заговорил, перекрикивая болтовню; какая-то шутка об амбициях членов клуба. Наблюдающие преемники словно разделились на две группы: на тех, кто был шокирован и заинтригован поворотом событий, и тех, кто наблюдал за всем спокойно. Некоторые из последних сами гудели от возбуждения; другие бросали возмущенные взгляды на Льва и Вирджила, и, пока толпа перешептывалась, их число все росло и росло.
