Во время волнения части верненского гарнизона на почве провокации темных личностей пропала некоторая часть оружия из артиллерийского склада.
Приказывается немедленно все расхищенное оружие сдать в вещевой склад 3-й Туркестанской Стрелковой дивизии (угол Торговой и Копальской улиц, дом Пугасова, во дворе).
В с е, н е с д а в ш и е о р у ж и е, б у д у т р а с с т р е л и в а т ь с я б е з с у д а.
Председатель Военного Совета 3-й Туркестанской
Стрелковой дивизии Д м. Ф у р м а н о в.
Член Военного Совета Б е л о в.
Мягче было нельзя - именно так требовалось: "будут расстреливаться без суда".
Только эта угроза и помогла, - опасаясь внезапного расстрела, быстро стали оружие возвращать. Двор штадива скоро вовсе заполнили. До того стали вдруг все "исправными", что тащили не только винтовки, но и допотопные револьверы, какие-то старенькие, архивные дробовики.
Быстро собрали массу оружия.
Переписали, рассортировали, убрали.
В первый же день, 20-го, составили воззвание к местному населению области, опубликовали его в газете, отпечатали в огромном количестве листовками и распространили по кишлакам.
Первый день, 20-го, горячка была исключительная: надо было успеть во всем, торопиться за всем по горячим следам. Все члены военсовета получили задачи: кто руководил поимкой мятежников, кто руководил облавами и отбиранием оружия; кто собирал оставшийся документальный материал; кто писал приказы, воззвания и прочее - всяк руководил определенной областью работы. В штадиве собирались и друг другу сообщали главное, - таким путем все знали обо всем разом.
Поздно вечером пришлось по проводу говорить с Ташкентом, с Куйбышевым. Когда все перетолковали, он заключил мне свой разговор:
- Пользуюсь случаем заявить, что ваша и Белова работа встречена реввоенсоветом одобрением, и за все время событий мы с удовольствием наблюдали вашу энергию и такт.
Он, конечно, тут, по проводу, не мог же перебрать всех. Но следует отметить, что по существу дела, - руководящую работу делали вместе: Позднышев, Мамелюк, Шегабутдинов, Бочаров, Кравчук, Альтшуллер, мы с Беловым и все другие ребята, - словом, та самая горстка, которая и труд и опасности вынесла на своем горбу.
На этом можно кончить историю мятежа.
Дальше - долавливали непойманных. Петров и с ним еще два-три убежали. Петрова потом пристрелили где-то в деревне, когда кинулся двором к тыну от накрывших его агентов.
Приезжала сессия фронтового трибунала. Судила. Городскую организацию партии распустили - судили и ее. Человек двенадцать главарей расстреляли. Остальных - разбросали в заключенье или по другим губерниям и городам. Полки, которые было надо перебросить из Семиречья, перебросили. Кулачье семиреченское притихло, убедившись, как трудно бороться с Советской властью, как дорого обходятся попытки свалить ее с ног.
Москва, 4 ноября 1924 г.
